Мы все равно не собирались афишировать наши отношения. Мы даже не знаем, сколько все продлится...»
Но самочувствие не улучшилось. И боль в груди не испарилась.
— С удовольствием. Спасибо за приглашение.
— Ты часто с ней видишься? Она превосходная девушка и идеально подходит Брюсу. Мы и не рассчитывали, что он возьмется за ум.
Боль усиливалась, распространялась по всему телу... Какой-то кошмар. Ник слишком сблизился с Брюсом, но при этом понятия не имел, сумеет ли вынести развитие событий.
— Мам. Хватит. Бедняге ни к чему слушать про Кристи.
— Ничего страшного. — Ник, глянув на Джейми, безмолвно сказал спасибо. — Мне пора работать. Надеюсь, ужин вам понравится.
Они распрощались, и Ник побрел в сторону кухни, но далеко уйти не успел: его окликнул Джейми. Ник замедлил шаг, чтобы он его догнал, но заговорил Джейми, только когда они завернули за угол.
— Извини. Прийти сюда — дерьмовая идея. Я не сообразил. Черт, если честно, я подумал, что было бы круто сходить в ресторан бойфренда моего младшего брата, а потом его простебать.
«Бойфренд, бойфренд, бойфренд». Джейми назвал Ника бойфрендом Брюса. И неважно, что он сам считал так же. Когда говорит другой человек, воспринимается иначе."
"— Все в порядке. — Ник покачал головой. — Ничего страшного. Знаю, она считает их парой. А мы с Брюсом... У нас ничего серьезного. Я никак не разберусь, что между нами происходит.
А теперь он превратился в гребаного вруна. В каком-то смысле у них все серьезно.
— Хорошо... Я не знал. Просто хотел извиниться. Если увидишь Брюса, передай, чтобы он мне позвонил.
Сбитый с толку внезапными переменами, Ник кивнул. Теперь Джейми выглядел почти надменным. Почти разочарованным.
— Да, конечно.
— Хорошего вечера.
После ухода Джейми Ник пытался сделать вид, будто в душе не образовалась пустота из-за того, что Джорджина так радовалась отношениям сына и Кристи, и из-за того, что Брюсу тяжело причинять ей боль.
***
Брюс допоздна ждал возвращения Ника с работы. Весь вечер он возился в гараже с мотоциклом, правда, мысли витали где-то далеко.
Сегодня он облажался. Он должен был рассказать матери о Кристи. Чем дольше все тянулось, тем несправедливее это было по отношению ко всем. Казалось, будто он подвел Ника.