— Но свидетельница уже сообщила ему все информацию, которая только может иметь отношение к делу, — заметил Гамильтон Бергер.
— Я принимаю возражения стороны обвинения относительно дальнейшего перекрестного допроса в этом направлении, — объявил судья Кейт. — Мистер Мейсон, вы показали то, что хотели. Если у вас есть доказательства, что в интересующий нас период, но не в другое время, на свидетельнице не было очков, или по каким-то причинам она не могла их надеть, то вы можете их предъявить и они, конечно, будут уместны, и мы посчитаем их относящимися к делу.
— Я хочу подвергнуть сомнению показания этой свидетельницы, — пояснил Мейсон.
— Вы можете подвернуть сомнению показания, относящиеся к определенному периоду, другими словами — наличие или отсутствие очков в определенное время, а не более позднее или раннее. Продолжайте.
— Когда вы в первый раз увидели обвиняемую, ее лицо скрывала густая вуаль? — спросил Мейсон.
— Да, сэр.
— Из-за этой вуали вы не смогли рассмотреть черты ее лица?
— Не смогла. Но именно для этого она и надела вуаль.
— Но когда она вышла из дамской комнаты на вокзале в Бейкерсфилде, вуали уже не было?
— Все верно.
— И именно тогда вы впервые увидели лицо обвиняемой?
— Да, сэр.
— Тогда откуда вам известно, что именно она была под вуалью? Что она зашла в дамскую комнату?
— Ну… наверное, я это определила по ее одежде.
— Вы можете описать ее одежду?
— Детально нет. Я… я просто знаю, что это была та же самая женщина. Знаю, и все.
— Вы не знаете, сколько женщин в то время находилось в дамской комнате?
— Н-нет.
— Вы просто видели, что туда зашла какая-то женщина, лицо которой было скрыто под вуалью, а потом вы видели, как оттуда вышла обвиняемая, и почему-то пришли к выводу, что это одна и та же женщина. Так?
— Ну, я знаю, что это одна и та же женщина.
— Откуда?
— Ну, я ее узнала.
— Как?
— По одежде.
— Как она была одета?
— Сегодня я уже не могу вам точно сказать, как она была одета, времени много прошло. Я помню только приблизительно. Я могу вам точно сказать, что было надето на мне, и я помню, что она была одета похоже.
— Я помню, — сказал Мейсон. — Вы об этом рассказывали, когда вас допрашивал окружной прокурор. Но можете ли вы точно описать, как была одета обвиняемая?
— Я помню, что она была одета в той же цветовой гамме, что и я, и мы об этом с ней говорили. Я знаю, как была одета я и…
— Сейчас я спрашиваю вас о том, помните ли вы точно, как была одета обвиняемая, — повторил Мейсон.