Я только сел завтракать. Я всегда завтракаю в восемь утра.
— И после этого она лично принесла вам очки?
— Нет, не она. Их через несколько минут принес посыльный.
— Что за посыльный?
— Какой-то мальчик. Я его раньше никогда не видел. Очки были завернуты и лежали в пакете.
— Когда вы отправили миссис Мейнард отремонтированные очки?
— Двадцать третьего. Как и обещал.
— Значит, насколько я понимаю, миссис Мейнард прислала вам свои очки в начале девятого утра двадцать второго сентября и получила их обратно только на следующий день, — с торжествующим видом произнес Мейсон.
— Минутку, — вмешался свидетель. — Я не понимаю, задавали ли вы мне сейчас вопрос, но миссис Мейнард вполне могла быть в своих очках двадцать второго сентября. В починку были отданы не ее очки[13].
— Не ее? — Мейсону было очень трудно скрыть разочарование.
Окружной прокурор широко улыбался.
— Нет, сэр, не ее, — сказал доктор Рэдклифф. — Это были совсем другие очки.
— Вы уверены?
— Конечно, уверен. Это были очки человека примерно лет шестидесяти. У миссис Мейнард совсем другие очки.
— Вы хотите сказать, что точно знаете, какие очки носит миссис Мейнард? Помните все параметры? — спросил Мейсон.
— Нет, я не помню все параметры. Но я знаю, что это были не ее очки.
— А как вы смогли это определить, если не помните ее параметры?"
"— Мне достаточно один раз взглянуть на ее глаза и на конструкцию очков, чтобы определить, ее это очки или не ее.
— Вы можете по очкам определить возраст человека?
— Обычно да. На самом деле по очкам можно многое узнать об их владельце. Те очки, вероятно, принадлежали человеку славянского происхождения.
— Будьте любезны пояснить, как вы можете определить, что владелец славянского происхождения, после того как просто посмотрели на очки? — перебил Мейсон, явно раздраженный тем, что победа, которая, казалась, уже была так близко, вдруг начала ускользать.
— Я не могу утверждать с абсолютной уверенностью. Я сказал, что это вероятно, — ответил свидетель.