— И мне бы хотелось как можно дольше уклоняться от допроса.
— И?
— Это значит, что я не хочу общаться с местной прессой, местной полицией и местным окружным прокурором. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями, а кроме того, нужно время, чтобы семена, которые мы с тобой посеяли, дали ростки. И еще мне нужно выяснить, что удалось раскопать Полу Дрейку.
— И поэтому ты спешишь в объятия окружного прокурора округа Бьют, где ты просто не можешь ответить на некоторые вопросы так, чтобы не сунуть шею в петлю, — заметила Делла Стрит.
— Если я буду отвечать на вопросы прямо сейчас, то моя шея гораздо скорее окажется в петле, и чем больше вопросов, тем хуже, — ответил Мейсон. — Но если ты хорошо подумаешь, Делла, то поймешь всю прелесть сложившейся ситуации. Во-первых, мы можем уехать немедленно. Нам нужно спешить, и у нас совершенно нет времени отвечать на чьи-либо вопросы. Мы спешим на самолет, чтобы успеть на встречу с прокурором округа Бьют. Дело получит широкую огласку, и в благоприятном для нас свете: едва мы узнали, что окружной прокурор хочет нас допросить, мы бросили все дела и помчались в его округ, не заставляя его прибегать к суровым или отчаянным мерам.
— Да, мы получим передышку на пять или шесть часов, и это замечательно, — сказала Делла Стрит. — Но что будет, когда мы окажемся в округе Бьют?
— Хотелось бы мне знать ответ на этот вопрос, — вздохнул Мейсон.
— Ты собираешься признаваться в том, что мы делали в том доме в Парадайсе?
— Боже упаси!
— А как ты думаешь избежать ответов на вопросы об этом?
— Хотелось бы мне это знать, — сказал ей Мейсон. — Собирайся, Делла. Мне нужно еще несколько минут, чтобы посмотреть кое-какие законы, а потом выходим. Пока я ищу то, что мне надо, договорись об аренде самолета.