Похоже, про брезгливость к местным вещам он только что забыл.
– Татарчонок, что ли? – повторила тётя Марина папин недавний вопрос.
– Просто имя такое, – ответил парень. Встал со стула и попрыгал в новой обуви, проверяя их на прочность.
– Да, бери, – подначивала его продавщица. – Твои. Тебя ждали.
– Ладно, – нехотя согласился он и достал из шортов бумажник, который перед походом в магазин взял из своей машины. – Сколько с меня?
– Четыреста за футболку и тысячу шестьсот за кроссовки – две тысячи.
Парень хмуро порылся в своем бумажнике.
– У меня нет столько наличкой.
– Давай, чем есть, – хохотнула тётя Марина. – Могу тебя в тетрадь вписать под Гу́сю или Колю. Кстати, папе привет, – смущенная улыбка коснулась уголков ее губ, а щёки тронул легкий румянец.
– Передам, – улыбнулась я ей. – Запишите его на моё имя.
Спеси у мажора значительно поубавилось.
– Так это… наличкой нет, так, может, на карте найдется, чтобы я чернила зря не тратила?
– Вы принимаете оплату картами? – густые брови Рамиля взметнулись к челке.
– Да, Рамилька, – кивнула продавщица. – У нас мало что изменилось со времен нашествия татаро-монголов, но терминалом мы богаты.
– Ну, тогда вот, – подошёл он к кассе и приложил карту к протянутому ему терминалу.
– Две тысячи рублей? – кажется, он был удивлен.
– А ты чего думал? Тугриков? Ассигнаций? – посмотрела на него тётя Марина, кажется, с трудом сдерживая смех.
– Долларов.
– Ну, парень, – развела она руками. – Здесь тебе не заграница. Плати в рублях – будь патриотом.
– Ясно, – буркнул тот и убрал карту в бумажник. С интересом вчитался в отданный ему чек.
Видимо, не до конца ему верилось, что платить нужно рублями. Хотя, у самого виднелись из бумажника рублевые купюры. Пятитысячные."
"– До свидания, тётя Марина, – направилась я к выходу из магазина. Рамиль последовал за мной.
– Папе привет, – напомнила она мне.
– Кстати, – остановилась я и обернулась. – Приходите завтра на дискотеку.
– Куда мне? – отмахнулась она от этой затеи. – Песком там на пол сыпать…
– Ну, не знаю, – сказала я нарочито равнодушно.
Глаза женщины радостно блеснули. Теперь можно не сомневаться в том, что она завтра придёт на дискотеку восьмидесятых, которые мы традиционно устраиваем для взрослых в конце августа.
– Я подумаю, – с ноткой флирта ответила тётя Марина.
– Думайте-думайте, – улыбнулась я ей и вышла из магазина.
– Первый жених, значит? – поравнялась со мной Рамиль.