Сэр Гидеон по-прежнему молчал, вытянув ноги в проход, скрестив на груди руки, и его молчаливое магнетическое присутствие завораживало. Чариз понятия не имела, спит он или просто притворяется спящим."
"Увы, Чариз знала, что выглядит так, словно ее протащили сквозь колючие кусты. Вчера она выглядела ужасно, и сутки, проведенные в пути, наверняка ухудшили ее внешний вид. Поскольку сэр Гидеон сменил одежду, мрачноватая элегантность вернулась к нему, и покрывавшая скулы темная щетина лишь подчеркивала его мужскую привлекательность, добавляя его точеным чертам небрежную лихость.
Сквозь боль от затекших мышц и туманящую ум усталость Чариз услышала оклик Талливера и почувствовала, что карета, вздрогнув, остановилась. Они проехали лес, и в окна светило предзакатное солнце.
Чариз высунула голову и посмотрела на кучера:
— Почему мы остановились, Талливер?
— Смотрите, мисс. — Он взмахнул рукой, в которой сжимал хлыст.
Бросив взгляд на неподвижную фигуру Гидеона, Чариз, преодолевая сопротивление затекшего тела, неуклюже слезла на землю и повернула голову в направлении, в котором указывал Талливер.
И с первого взгляда она была очарована тем, что увидела.
Они находились на вершине невысокого холма. Позади остался лес, через который они только что проехали. Впереди, за пологим спуском, начинался обрыв, внизу простиралось море, темно-синее в неярком свете уходящего дня.
И частью этого неба, моря, пустынного пейзажа был дом, примостившийся на краю обрыва, выходивший фасадом на запад.
— У вас дух захватило, верно?
Чариз неохотно оторвала взгляд от дома и посмотрела на Гидеона. Он вышел из кареты и встал у нее за спиной.
— Он великолепен.
Гидеон подошел к ней и встал рядом. Чариз не считала себя женщиной очень маленького роста, но рядом с ним она чувствовала себя миниатюрной и хрупкой. Сердце ее екнуло. Она ничего не могла поделать с этой глупой реакцией организма на его близость.