С мозгами и хорошим подходом. Поэтому не против, если она через три года всё снова организовывать будет.
— Развод назначен на двенадцать, — Катрин улыбается, ногой покачивая. — Твой Илюша мне все мозги вынес. Раньше не получится. И после сразу роспись. Без зала и всех «корабль вашей жизни».
У Катрин уже живот заметно выступающий. Она заявила, что это последняя моя свадьба, которой она занимается. Четвертой достаточно, чтобы с головой все прелести этого дня прочувствовать.
А я звонок от Илюши сбрасываю, знаю, что злю только больше.
Если от одного родила, то и от другого должна была.
Только никто не предупреждал, что это каждый брак действовать будет. А беременной не хотелось разводиться, чтобы с бумагами не возиться после. Вот вместо лета — в конце октября всё организовываем.
— Нарываешься, лапочка.
— Страшно очень.
Смеюсь, понимая, что страхи давно отступили. Они никуда от меня не денутся. Если столько психов выдержали.
— Давай, ты моя теперь на четыре года.
— А потом моя, котёнок.
На четыре, ага. И на три. И на всю жизнь.
Князь
— Весь праздник проспишь, Тис.
Тиса охренеть какая красивая. Года проходят, а в ней ничего не меняется. Всё такой же сурок, обнимающий подушку. Даже глаз не открывает, хотя заметно, что проснулась давно. Подставляет щёку под касания, едва не урча.
Прав Миха, её котёнком называя.
Вот вроде был пацаном, который на отца пахал, а вот уже со Зверем работаю. Ещё немного, как самостоятельно под себя людей прогибаю.
Только познакомился с Тисой, а у нас на троих — трое детей. Старший сын от Михи, второй ребёнок от меня был. Когда дочь родилась, решили не узнавать.
Хотя до сих пор понять не могу, как согласился на подобное. Не собирался вообще. Дикость, чтобы моя лапочка ещё кому-то принадлежала. Но сложилось так, а я втянулся. И спокойней по работе отъезжаю. Если схлопочу пулю в лоб, то уверен, что Миха позаботится о жене.
— Давай, Князева, Новый год скоро.
— Не хочу. И Князева-Устинова, вообще-то.
— Не, лапочка. Устинова ты когда замужем за Михой. А сейчас — Князева.