Марибель поняла, что выхода нет.
– Хорошо, сэр. Я подчиняюсь."
"Она склонила голову. На лице застыло выражение холодного достоинства. Ей неоткуда ждать помощи, и, значит, она должна смириться с судьбой. Сэмюэль Хайнс ждал ее во дворе с запряженными лошадьми. Подойдя к Марибель, он предложил ей руку, как будто хотел помочь сесть, но она подала руку конюху Родриго, чтобы тот посадил ее на лошадь. В кузене лорда Робертса было что-то вызывавшее неприязнь. Его сальный, похотливый взгляд заставлял Марибель чувствовать себя неловко, и ей не хотелось, чтобы этот человек к ней прикасался.
Она увидела, как он нахмурился и отвел глаза в сторону. Ее горничная Анна, которая должна была сопровождать ее в Англию, села на лошадь позади конюха. Эти двое очень любили Марибель и сами вызвались ехать с ней в новый дом. В детстве именно Родриго учил ее ездить верхом. А когда умерла Хуанита, она рыдала на руках у Анны. То, что они ехали с ней, придавало Марибель храбрости. Она не чувствовала себя совсем одинокой.
Предстояло недолгое путешествие до гавани, где на якоре стоял корабль.
– Добро пожаловать на борт моего корабля, – произнес Сэмюэль Хайнс, когда помог ей подняться на палубу.
– Осмелюсь предположить, что у лорда Робертса слишком много дел по управлению своим имуществом и людьми.
– Да, конечно. Он часто бывает при дворе. И все же я думаю, что ему стоило потратить время на такую красивую невесту…
Марибель гордо подняла голову, ее глаза блеснули презрением. Она не собиралась принимать его комплиментов.
– Думаю, мне лучше пойти в свою каюту.
– Как пожелаете. Я уступил свою, чтобы вам было удобней, донна Марибель.
– Будьте так любезны, называйте меня донна Санчес, – холодно отозвалась Марибель. – Я еще не вышла за лорда Робертса и по-прежнему являюсь вдовой дона Пабло Санчеса.
– Безусловно. – Сэмюэль вежливо поклонился, но в его глазах сверкнула злость. – Простите меня.