Тебе понравилось, когда я ласкал тебя, зажимы тебе не мешали получить оргазм?
Ангелина перестала мычать и задумалась, вспоминая, как хорошо ей было и как эти, причиняющие мучительную боль прищепки, действительно, усиливали оргазм.
– Посмотри на меня! Ты меня слышишь? Когда твое тело испытывает возбуждение, то боль ощущается, по-другому. Я постараюсь помочь тебе полюбить эту боль, полюбить наши игры! Ты начнешь получать удовольствие от нашего взаимодействия! Ну что, поехали?
Она закрыла глаза и попыталась отрешиться, понимая, что от нее уже ничего не зависит.
Вячеслав приняв ее смирение, как сигнал призыва к действию:"
"– Я понимаю, что раньше делал все слегка не правильно, но я все исправлю! Тебе понравится боль, ты будешь сама искать ее и умолять меня наказывать тебя снова и снова, – он уже не злился, а смотрел на нее влюбленными глазами и гладил по волосам. Она не открывала глаз, просто лежала и смиренно ждала своей участи.
Почувствовав его руку на своей промежности, она слегка прогнулась и задышала быстрее.
Получив от нее отдачу, он широко раздвинул ноги Ангелины в коленях и примеряя ладонь к ее промежности, резко ударил. Звонкая пощечина по, не совсем подходящему, месту, вызвала глубокий стон со стороны лежащей. Она почувствовала резкую боль, но в следующую секунду мужчина взял ее маленькую промежность и смял ее в кулак, зажав, одновременно, и половые губы и клитор.
В этот момент боль от удара сразу же прошла, словно ее никогда и не было. На смену этому чувству пришло нечто иное: теплая и властная рука босса, сжимающего ее самые интимные участки тела, приносила сладострастную негу. Девушка снова задышала сильнее, наслаждаясь этими чудесными прикосновениями.
Подержав в кулачке сокровище Ангелины, мужчина снова размахнулся и снова ударил покрасневшую промежность, вынудив свою жертву снова протяжно выть от боли, а затем снова сжал в кулак больное место.
Он проделывал это снова и снова, пока два этих сильных чувства не перемешались в одно. Ангелине уже казалось, что этой волшебной неги не будет без предшествующей ей боли. Она смиренно доверилась своему учителю, осознавая, что может быть, она и не смогла полюбить боль, но уже не не так, категорически, против ее получения.
Вячеслав остановился в последний раз сжимая ее промежность, разгоряченная кожа горела огнем и пульсивала в его надежных руках.