Такого просто не могло быть! С двух метров даже относительно слабая пуля калибра 6,35 свалит человека, а четыре пули надежно выведут его из строя!
Финка опять прыгнула вперед. Волк сильно ударил ногой и удачно попал противнику в бедро, но сам потерял равновесие и не смог завершить атаку. Воспользовавшись тем, что Черт пошатнулся, он сбросил расстегнутую куртку и ею встретил очередной выпад, как матадор встречает красным плащом рога разъяренного быка. Клинок пропорол растянутую кожу и запутался в складках ткани, а Волк привычно захлестнул куртку вокруг вооруженной руки.
Волк захватил обезоруженную руку, взял на излом, но почувствовал, что не сможет преодолеть бешеное сопротивление и довести прием до конца, сломав сустав. От Черта противно воняло то ли хлевом, то ли преисподней. Он вырывался, как прослуживший пятнадцать лет десантник.
«„Мойку“ свою доставай! — орал Кот. — Один раз она его сделала, и второй сделает!»
Намертво зажав левым локтем горло Черта, Волк сунул пальцы правой в нагрудный карман, вытащил лезвие, с силой полоснул по худой жилистой шее и отскочил, чтобы не запачкаться.
На ватных ногах Волк отошел от котельной и вернулся на дорожку. Софья уже заходила в свой подъезд. В свете фонаря он осмотрел одежду, крови на ней не было.
Уже подходя к метро, он увидел, как с улицы, мигая маячками, во дворы въезжает бело-синий «форд».
Волк позвонил Дятлову.
— Черт напал на Чучканову, я только что его прикончил, — все еще тяжело дыша, сообщил он. — Но «светиться» не хочу, считай, что его зарезал какой-то другой маньяк. И Софью предупреди!
Он отключился и пошел к остановке такси. Мимо, ревя сиренами, проехали еще две милицейские машины.
* * *Именинник накрыл стол прямо у себя в кабинете.