Я не чувствую веселья, теперь… смешного в поспешных свадьбах я больше не вижу. Но и быть циничной, не верящей людям сукой я тоже быть не хочу. Я этого не хочу, видит бог!
— С твоей сестрой скучно не бывает, поверь… — говорит Адам, став серьезным.
— Я… надеюсь…
— Это так. Спасибо, что напомнила.
Он хлопает себя по коленям и встает.
— Жалко, что ты не вошла сюда полчаса назад. Мне ехать надо."
"— Хорошего дня, — желаю я ему.
Он забирает с журнального столика свой телефон.
— Роскошная, — вновь говорит Адам, чем вызывает у меня улыбку. — Увидимся.
Мухтаров захлопывает дверь, и улыбка сползает с моего лица, а пульс учащается. Телефон, который я сжимаю в ладони, нагрелся. Он обжигает, словно я поделилась с ним своим зарядом.
Я решаюсь всего минуту. Сворачиваю и разворачиваю мессенджер, застряв между «нет» и «да». В конечном итоге я выбираю «да». Да, потому что больше не могу стоять на месте.
Отыскав в телефонной книжке имя Балашова, отправляю ему сообщение о том, что готова встретиться.
Глава 6
Он встречает меня у входа в ресторан.
Под серым пальто на нем черная футболка и джинсы. Под своим я прячу купленный сегодня костюм, состоящий из пиджака и юбки чуть ниже колена. Это ложная строгость, ведь под пиджаком на мне корсет.
Балашов постригся. Придал своим волосам чуть больше порядка. На гладко выбритых щеках немного краски.
Спустившийся на город вечер с его огнями — прекрасный фон для всего романтического, и когда-то так между нами и было. Романтика, пусть и не окропленная дикой, бурной, безумной страстью, но кому они нужны, чертовы мексиканские страсти?
Уж точно не Балашову. Балашов и женские капризы несовместимы, он преподал мне несколько уроков еще в мои двадцать два.
Открыв для меня дверь, Балашов ждет, пока я в нее войду, и его взгляд исподлобья направлен на мое лицо.
Быть женой красивого мужчины — не только сплошное удовольствие, иногда с этим возникают проблемы.