Подарок

Они часто становились табором в лондонских предместьях, занимались мелочной торговлей и развлекали тех жителей столицы, кто осмеливался отправиться в их логово, музыкой, танцами и гаданием. Среди посетителей было немало аристократов, ищущих приключений, и скучающих светских дам, заглядывавшихся на молодых цыган, падких на золото и всегда готовых развлечь богатую покровительницу. Но Кристоферу все это было неинтересно, хотя он слышал немало всяких историй, в большинстве своем не слишком приглядных.

Почти все окружающие считали цыган ворами и шлюхами, хотя и признавали, что они неплохие медники, знатоки и торговцы лошадьми и, разумеется, музыканты и гадалки.

Кроме того, каждому было известно, что это не стесненные никакими ограничениями люди, без роду и племени, кочующие по всему миру и нигде не задерживающиеся надолго. Легче черное сделать белым, чем заставить цыгана осесть.

Эти же пришельцы и в самом деле, похоже, достаточно безвредны. В таборе царят чистота и порядок. Музыка и смех не слишком громкие и никого не беспокоят.

Все цыгане очень смуглые, почти чернокожие, самого экзотического вида. Женщины одеты в яркие цветастые юбки и шали и светлые блузы, увешаны дешевыми украшениями — длинными звенящими серьгами, кольцами, цепями и браслетами, а на мужчинах — красные и желтые кушаки.

Но девушка, которая приковала взгляд Кристофера, чем-то отличалась от остальных, хотя и на ней были серьги, кольца и браслеты. Да и одежда такая же красочная — широкая юбка в ярко-синих и желтых разводах, кремовая кофта.

Вот шали на ней не было, ничем не стесненные волосы крупными волнами струились по плечам, ниспадая до пояса.

Глаза! Вот что выделяет ее из остальных! Не правдоподобно большие, раскосые, как у китаянки, но необыкновенно глубокого, кобальтово-синего цвета! Кожа гораздо светлее, чем у цыган, очень белая, гладкая, как слоновая кость.

И девушка при этом не слишком высока, голова, вероятно, едва доходит ему до плеч. Тоненькая, миниатюрная, при этом все на месте, и Кристофер успел заметить весьма соблазнительные выпуклости и изящные изгибы.

Упругие грудки натягивали ситец кофточки. Он видывал женщин куда прекраснее, но никогда — столь привлекательнее. Он страстно возжелал ее с первого взгляда. С первой минуты. С первой встречи. Просто поразительно, ведь такого с ним еще не случалось.

Она так и не ответила на его вопрос. Глядя на нее, он совсем забыл, о чем хотел узнать, пока девушка не вернула его к действительности.