Плавно и беззвучно пробравшись в будуар государыни, на удивление малолюдный, в смысле ни евнухов, ни рабынь, ни служанок, ни наложниц тут не было, мы с Блондей зависли прямо в момент пролезания через окно, услышав плавную, словно журчание ручейка речь:
- Поверьте, матушка, сегодня Нгоэн овладеет этой женщиной.
Я охренела.
Блондя охренела тоже.
Да и окно решило охренеть и издало едва слышный скрип.
- Аю, тише! - прикрикнула вдовствующая. – И откуда, позволь спросить, подобные предположения?
Тихая усмешка, поднявшейся и направившейся к троице в охренении принцессы, и спокойный ответ:
- Носки, матушка.
"Тут я поняла, что Блондя чисто физически сильнее меня, потому как она умудрилась сдержать мой порыв по направлению к утешительнице хреновой, и даже охреневшее окно агент тоже придержала.
- Окно давно пора заменить. Матушка, вся эта древняя рухлядь абсолютно неприспособленна для жизни. На Танарге ни одно окно не скрипело, и уж тем более не открывалось из-за порыва ветра.
- Это не рухлядь, это антиквариат! - не согласилась вдовствующая.
Тем временем я, залегшая под ее кроватью, яростно сдирала с себя носки. Состав безупречен, значит? И даже следов не останется? Ну вот и чудненько, ваше высочество, сделаем вид, что вы просто споткнулись на каком-нибудь мужике.
- Кэп, вы шипите похлеще болотных гадюк, - едва слышно прошептала Блондя.
Это потому что я была в бешенстве! Просто представила себе, что бы почувствовал Эрих, увидев как я настойчиво отдаюсь Нгоэну. И вот за себя мне бы после такого было бы обидно, это факт, но в сто раз было бы больнее, если бы подобное пришлось наблюдать Эриху. Он и так понаблюдался за всю свою жизнь за тем, как используют тело его матери.
- Нужен анализатор химических веществ, я хочу определить состав этих… носочков, - сообщила я.
- Анализатора нет, но можно попробовать определить по запаху. У меня отличный нюх.
Молча передала агенту «объекты изучения».