Полки с книгами на местном. Несколько сейров. Мобильные системы медкапельниц.
И Эрих.
Эрих стоял посреди всего этого очень маленького, но ныне такого уютного и многофункционального пространства, и смотрел на меня.
Я на него.
Он на меня.
Из нас двоих кое-кто очень хотел спать, кое-кто другой - явно поговорить.
- Не сегодня, - сказала я, рывком развязывая пояс на брюках.
Он молча кивнул.
На слова благодарности, несмотря на имеющуюся благодарность, меня не хватило. Кажется, он это понял. И все же, главный вопрос Дагрэй задал:
- Мэл, по отношению к Аю, это ревность?
Стягивая рубашку через голову, устало ответила:
- Не уверена, Эрих.
Он промолчал, пристально глядя на меня. Я же молчать не стала.
- Подумаю об этом завтра, - и рубашка полетела на пол.
- Почему мне кажется, что ты уже подумала об этом сегодня? - Тихо спросил архонт. - И почему я чувствую, что свой выбор ты тоже сделала уже сегодня.
На это я отвечать не стала.
- Вопрос доверия? – умел этот гад аристократический задавать вопросы правильно и точно.
Пауза, и еще тише:
- Я проиграл?
Я могла бы солгать, и все же ответила как есть:
- Да.
Его изображение пошло рябью, а затем исчезло, оставляя меня в одиночестве в тщательно обустроенном помещении.
На этом силы меня покинули, и я прошла и села, не в состоянии более стоять ровно. Седьмой архонт Тайрема все понял правильно - сегодня он проиграл.
«Не трогай ее»…
Я что, монстр? Может, я чудовище какое? Или маньяк-садист? Если кто-то кого-то и трогал, особенно из ревности, так это Эрих! Эрих, но точно не я. Я и пальцем никого из его близких не тронула!
Блондя появилась беззвучно, как и полагается агенту.
Подошла, постояла рядом, тихо заметила:
- Кэп, вы собирались поспать.
- Угу, - подтвердила я.
- Но ты тут уже минут пятнадцать пялишься в стенку, - Блондя говорила все прямо, без ухода в двусмысленности.
Что ж, тяжело вздохнув, я тихо ответила:
- Когда все это закончится, мы свалим с тобой на Акарду. Вот там шикарные стены. Чем дольше смотришь, тем больше деталей возникает. Уникальная была культура, жаль все сдохли.