Тот подал ему еще и вдруг выкрикнул:
— Ты кто такой? Где Курт?
— Курт там. — Ратников кивнул за борт. — Может, и тебе охота? «Давай, давай, мазурики!.. Поворковал я при советской власти за решеткой, почалился. С меня довольно!» Запомнил твои слова...
— Ну это ты, кореш, брось. Меня на бога не возьмешь. Из этих, что ли, из пленных? — Шкипер слегка пришел в себя. — Как же ты здесь очутился?
— Не твое дело. Куда баржа идет?
— На Меловую. К обеду завтра будем, если обойдется: есть слухи, наши часть побережья освободили.
— Кто это — ваши?
— Иди ты! — взвинтился шкипер. — Я, может, больше тебя советский. Ну и что, что сидел? Что? А этими словами мне дело не шей: по-твоему, я перед немцами советскую власть расхваливать должен? Это же конспирация, соображать надо! Ты сам-то хвалил ее, когда в концлагере сидел? То-то... Курта напрасно вот кокнул, — помолчав, прибавил шкипер.
— Жалеешь? — насмешливо спросил Ратников.
— Должок за ним остался... Теперь тю-тю. — Шкипер спохватился, что сказал лишнее, бросил хмуро: — Ну и что же дальше? Пришьешь, что ли? Так на буксире услышат.
— Не услышат, — жестко произнес Ратников. — Шлюпка нужна, с веслами. Вода, продукты.
— Рвануть хочешь?
— Уж к немцам в гости снова не собираюсь. Не за этим расстался с ними.
— А мне потом — вышку! — зло покосился шкипер. — Где Курт, где шлюпка, спросят? Спросят ведь?
— Обязательно, — усмехнулся Ратников. — Боишься? Ничего, почалишься и при другой власти: тебе не привыкать.
— Вот как? — шкипер сверкнул глазами.
Ратников шевельнул автоматом.
— Пикнуть не успеешь! До берега далеко?
— Миль шесть, — притих вдруг шкипер.
— Оружие на барже есть?
— Какое оружие? Да будь оно...
— Берег-то чей здесь?
— А черт его знает. Недавно бои здесь шли. У Курта спросил бы: он наверняка знал...
— Ну, хватит! Тащи весла, я постою за штурвалом.
— Что же ты меня под пулю подводишь? Совесть-то есть у тебя?
— Живо, говорю!"
"— К черту! — спокойно, но лютым голосом сказал шкипер.
Ратников взял со стола фонарик.
— Сам найду. Дай ключ от рубки — закрою тебя. И учти: если хоть раз мигнет на клотике огонь — тебе крышка.
— Не надо, я сам, — согласился вдруг шкипер. — Там, в каюте, моя жена.
— Жена? — удивился Ратников. — Может, у тебя и теща здесь?
— Пойду, становись за штурвал. Машка еще ничего не знает, напугается тебя. Будут тебе весла, все будет.