Шестеро братьев Макферсон вскоре присоединились к ним: оказалось, что гонцы все-таки их отыскали. Но вместо того чтобы вернуться домой, она посчитали, что все пропало, Мелиссе грозит неминуемая беда, и поэтому стали добровольными стражами при Макгрегорах. Хорошо еще, что, обменявшись несколькими резкими фразами с Линкольном, они замолчали и больше не причиняли ему никаких неприятностей… пока."
"Их прибытие не принесло никакого беспокойства, если не считать мрачных взглядов в сторону Линкольна. Однако возникло и серьезное затруднение, на которое не рассчитывали Мелисса и Линкольн.
Скоро они уже не могли смотреть друг на друга без страха, что все усилия Линкольна заслужить одобрение семьи окажутся напрасными. И Мелисса постоянно сгорала от стыда, опасаясь, что все замечают, как она относится к Линкольну.
Кимберли все понимала и, зная, что у молодых людей уже была брачная ночь, всячески старалась отвлечь Локлана каждый раз, когда Линкольн бросал на Мелиссу пылкие взоры или когда желание последней становилось слишком очевидным. В последний день путешествия Линкольн мудро держался подальше от их экипажа под предлогом того, что не спал прошлой ночью и теперь хочет подремать в своей карете.
Он, разумеется, не спал. Мучительно размышлял, как бы остаться вдвоем с Мелиссой и не навлечь на себя гнев родителя.
Видеть Мелиссу день за днем и не иметь возможности поцеловать, или хотя бы дотронуться… да он непременно лишится рассудка! Они хотят доказательства того, что он не в себе? Так и будет, если он не найдет выхода и не увидится с Мелиссой без посторонних глаз.
Они довольно быстро добрались до шотландской границы, но впереди предстоял путь в горы, а это означало очередную ночь в гостинице.
Линкольн задремал, но Макферсоны славились шумливостью не только наяву, но и во сне, и поэтому богатырский храп вскоре выгнал его на улицу. Он решил было отыскать вязанку мягкого сена в конюшне, но не успел туда добраться.