Знай он, что Мелисса — дочь вождя клана Макгрегоров, дважды подумал бы, прежде чем подойти к нему и попросить разрешения ухаживать за его дочерью. Правда, вполне возможно, что это соображение его не остановило бы, но другие, очевидно, далеко не так храбры.
— Сколько же у меня соперников? — небрежно спросил он, втайне боясь ответа. У нее было почти три недели, чтобы познакомиться со сливками лондонского общества. Сколько раз он изводил себя этими мрачными мыслями, стоя у герцогского дома и наблюдая, как к крыльцу подъезжает поток карет, откуда выходят щеголевато одетые молодые люди.
— Я обнаружила, что ни одного не стоит поощрять, — в тон ему ответила Мелисса.
— А меня? Меня стоит?
На этот раз в его голосе не было шутливых ноток. Их глаза встретились. Его пальцы застыли на ее талии.
Застанет ли он ее когда-нибудь одну, чтобы без помех поддаться этому порыву?! Сможет ли когда-нибудь не чувствовать этого порыва в ее присутствии?! Возможно, ни тому ни другому не бывать. Она слишком красива, слишком желанна, и он никогда еще не испытывал подобного влечения ни к одной женщине.
На этот раз чары улетучились при виде раскрасневшегося личика девушки.
— Я не заметил здесь вашего отца. Родители не приехали в Лондон вместе с вами?
— Собирались. В следующем месяце. Отец терпеть не может Лондон. С большим трудом удалось уговорить его немного погостить в столице.
— Да, помню, как он во время нашей короткой беседы говорил о нелюбви к многолюдным местам, — кивнул Линкольн. — Мои родные собираются пробыть здесь довольно долго.
— Похоже, это место как нельзя лучше подходит для таких целей, — заметила Мелисса. Линкольн улыбнулся:"
"— Я тоже так считаю, но для моей кузины Эдит это будет нелегко. Она не считается красивой в общепринятом смысле слова. Но зато сердце у нее из чистого золота. Не встречал никого милее и добрее.