— Экипажу приготовиться к запуску! — объявил правый пилот вместо Анохина. В наушниках потрескивало.
— Проверить, у кого замыкает кнопка СПУ![11] — добавил Филин.
Заработала вентиляция радиоаппаратуры, и в кабину потянуло запахи нагретой изоляции. Пальцы Анохина забегали от тумблера к тумблеру, от кнопки к кнопке, так бегают руки органиста по многорядью клавиатур. И самолет заревел, точно огромный орган, у которого включили все регистры, — от баса «тубы мирум» — трубы мира — до флейты-пикколо. Осанистый рокот на фоне свистящего шипа… Месса для четырех турбин с винтами.
Порулили на старт. Налитые горючим крылья тяжело подрагивали на стыках бетонных плит. Филин выглянул за бронеспинку: Прокуратов грыз под своим прозрачным колпаком сухарь с тмином. Значит, порядок. Все своим чередом. Взлет пройдет нормально.
Филин чихнул в рукавицу и пожаловался командиру:
— До третьего курса была еще закалка. А как стали в меха кутать…
Анохин нетерпеливо кивнул: читай контрольную карту!
Филин взял затертую картонку с вопросами и пономарским голосом завел предстартовую «молитву».
— Тормоз?
— Снят.
— Автоматика?
— Отключена.
— Триммерные эффекты элеронов?
— На нулях.
— Рули высоты?
— Согласно центровке.
— Двери и люки?
— Закрыты.
— Стопорение рулей?
— Расстопорено. Зеленая горит… «Легенда», я «девятый». Осмотрен по карте. К взлету готов.
— «Девятый», — откликнулся руководитель полетов. — Полоса сухая.
Звон турбин истончился до истошного «и-и-и».
Едва машина сдвинулась с места, как оркестр, выстроившийся у стеклянной пирамидки КДП, грянул «Прощание славянки». На вентили труб были надеты чехлы, чтобы пальцы музыкантов не примерзали к клапанам. У развернутого знамени командир полка в меховом комбинезоне вскинул руку к меховой каскетке, отдавая честь экипажу, идущему в Атлантику «на полный радиус». Самолет разбегался, взметая за собой поземку и раскаты старого марша.
Сквозь надсадный рев моторов пробились на секунды печально-бравурные рулады валторн.
Филин завороженно следил, как с закрылков срываются комочки горючего. Пробоина захватывала краем баки третьей топливной группы. Короткое замыкание и… Надо срочно отключить противообледенение правого крыла."
"Анохин медленно — осторожно — набирал высоту. В голубой дали едва заметно вспухали, клубились кучевые облака. Командир плавно развернул корабль на север, обходя теплый фронт.