- Что это такое? - спросила я недоуменно, поднимая взгляд на застывшего напарника.
В книгах и учебниках про это ничего не рассказывали. Не было в Черном лесу существа, способного издавать такие звуки и заставлять землю дрожать. И спрятать его не могли. Это каких же размеров оно должно быть?
- Пойдем, - вдруг произнес Айран, вновь хватая меня за руку.
Что за глупая привычка?!
- Куда?
- Туда.
И потащил в камыши.
- Ты что делаешь? - только и успела пробормотать я, едва за ним поспевая.
Что на него нашло? Зелье что ли в голову ударило?
- Тихо.
- Как не понял? - пробираясь сквозь камыши, спросила у него.
Под ногами противно хлюпала болотная жижа, да еще мошки перед глазами мелькали, мешая обзору.
- Тихо, - снова произнес Иргар осторожно отодвигая в сторону сухостой. - Ты видишь... это?
Я подобралась ближе, в полной уверенности, что летун в эйфории придумал себе непонятно что и теперь мне предстоит с этим разбираться.
Но стоило мне выглянуть наружу и рассмотреть нечто, как все сразу поменялось.
- Это... это что такое? - прошептала я, вздрогнув, когда методичный стук опять повторился.
25.2
Это было похоже на огромный, размером с дерево, гриб на ножке. Толстый длинный ствол черного цвета заканчивался в метрах трех-четырех огромной плоской серо-синей шляпой, края которой странно колыхались на ветру.
И такая непонятная штука была не одна. Я успела насчитать еще штуки четыре, когда Иргар вдруг возник за спиной, ловко прижимая к себе, - так, что не шелохнёшься, - и умело затыкая рот рукой.
- Тихо. Ни звука, - едва слышно прошептал он мне на ушко и я послушно замерла, позволяя ему увести меня на шаг назад в густые заросли камыша.
Не прошло и пары секунд, как мимо нас проплыли трое русалинов с боевыми копьями в руках. Бледные тела, покрытые сверкающей чешуей, глаза навыкат и совершенно лысые головы. Меж пальцев перепонки, а за длинными и острыми ушами виднелись жабры.
- Медленно отступаем, - снова прошептал напарник, продолжая осторожно утягивать меня назад, при этом крепко прижимая к себе.
Шаг за шагом. Стараясь не хлюпать по противной жиже.
А все мысли почему-то не об опасности, к которой мы были так близко, и не непонятных штуках, увиденных на реке. А о том… как же близко он находится, как сильно прижимает к себе, позволяя почувствовать всю твердость сильного натренированного тела, как горит на животе его ладонь, а горячее дыхание щекочет кожу у ушка.