Четыре комнаты. Две душевые. Отдельная просторная кухня, - перечислил парень. – Мы решили, что это отличное место для общего сбора.
Я видела, что его что-то тревожит. И дело было не только в моем состоянии.
- Что-то случилось? – осторожно спросила у него.
Айран замялся и не сразу ответил:
- Мой отец. Он здесь.
- Вы поругались? – догадалась я, ободряюще сжимая его руку.
- Почти. Но это неважно. Главное, чтобы с тобой все было нормально. Мы не можем идти дальше, пока тебе не станет легче.
- А те создания? Они нагнали нас?
- Нет.
- Его? – догадалась я, тяжело сглотнув.
- Его. Но есть и хорошая новость.
- Правда?
- Твои родители с отрядом скоро будут здесь.
- Мама и папа? – ахнула я, приподнимаясь.
- А еще отряд твоей сестры Делии.
- Дария, - поправила его я с легким смешком. – Смотри, не ошибись. Она не любит, когда кто-то коверкает её имя.
- Значит, мне стоит держаться от неё как можно дальше, - улыбнулся Айран и тревога начала исчезать из его глаз, сменяясь знакомыми серебристыми искорками тающих льдинок.
- Хорошее предложение.
- Твой брат с командой разослали сообщения об опасности и помощи. Сюда к нам движутся все патрули.
- Думаешь, это правильно? Встречаться именно здесь? Может, лучше уйти к границе?
- Мы не успеем, а сами со всем не справимся. Ты же видела, скольких тварей призвал темный. А если он сам появится, то придется совсем худо. Этот гад столетиями копил в себе силу и энергию.
- И ему нужна я.
- Люблю тебя… как же сильно я тебя люблю, - вновь прошептал мой азгар. – И никому не отдам. Слышишь?
- Слышу, - прошептала в ответ.
- Веришь?
- Да."
"Больше поговорить нам не дали. Дверь в комнату открылась и на пороге появился Элайн.
- Иви! Ты очнулась! – радостно воскликнул брат.
Айран медленно поднялся с колен и отошел в сторону, давая нам возможность поговорить.
Все было как всегда. Элайн ругал меня, жалел, просил так больше не пугать. А еще рассказывал последние новости.
С помощью брата я встала с постели и даже рискнула пойти на кухню перекусить. Айран всегда был рядом, не отходя от меня ни на шаг и внимательно наблюдая за каждым, кто осмеливался ко мне подойти и заговорить.