Но сейчас он видел буквально все. И это вызывало в нем совершенно определенные чувства. Собственнические, примитивные. Губы накрыли тугой острый сосок и втянули его в рот. Юлька застонала, и толкнулась бедрами навстречу его желанию."
"- Знаю, хорошая моя, знаю… Я тоже тебя хочу… - шептал, одновременно стягивая и с себя, и с нее остатки одежды. Пальцы прошлись по животу, скользнули вниз, готовя девушку к неминуемому. Влажная, мягкая, совершенная… Он хотел это попробовать. Пострадавшую на склоне ногу беспокоить не стал – она так и продолжала покоиться на подушках, другую отвел немного в сторону и согнул в колене, открывая доступ к самому вкусному.
- Олег… - нерешительно прошептала Юлька, потрясенная его действиями.
- Хочу! – прошептал у самого входа, обдавая девушку теплым дыханием. А потом сделал то, что давно хотел – губами, языком, под хриплые Юлькины стоны, помогая себе пальцами – довел девушку до совершенно невменяемого состояния, и только после этого в нее вошел. Издал низкий, нехарактерный для себя звук.
- Что же ты делаешь, Юлька. Я ведь и так едва держусь… - процедил сквозь зубы.
- А ты отпусти себя, - безыскусно прошептала девушка и снова поерзала. И он отпустил… Срываясь на совершенно бешенный темп, унося их двоих к звездам.
Глава 18
В голове было абсолютно пусто. Будто бы в архивах памяти, заботливо законспектированных временем, обесцветились чернила. И теперь это был чистый свиток, на котором Олегу только предстояло написать свою жизнь. Совершенно другую, новую летопись. Их, с Юлькой, историю.
- Люблю… - прошептала она во сне.
Мужчина улыбнулся, чуть сдвинув голову, поцеловал ту в макушку, и снова уставился в потолок. Их секс стал потрясением для него. И совершенно не хотелось вспоминать, случалось ли с ним такое в прошлом.
В вечерней тишине оглушительно громко зазвонил телефон. Не его, по всей видимости, Юлькин. Олег аккуратно встал и, чтобы не разбудить девушку, вышел из комнаты. Звонила судья.