Холодный, бездушный, принадлежащий тому, кто давно уже перестал ценить чьи-то жизни. Он заскользил по ней, изучая каждую черточку ее лица, пытаясь пробраться под кожу, проникнуть в мысли, узнать все ее тайны.
Но узнавать было нечего. Препарат, который дал канцлер, постарался на славу. В сознании девушки царила полная неразбериха, она даже не вполне понимала, что происходит вокруг, и кроме легкого удивления не испытывала ничего. Ни страха, ни возбуждения.
Но она не могла не почувствовать, как холод во взгляде принца сменился недоумением.
С диким рычанием, Онезис схватил Ингу за плечи, впиваясь пальцами в нежную кожу и оставляя следы. Дернул девушку на себя, поднимая над алтарем, на котором она лежала, и с силой встряхнул.
Ее голова безвольно качнулась. Глаза раскрылись, бессмысленно уставившись на принца, и расфокусированный взгляд землянки плавно перетек куда-то за его спину. Там светящийся потолок переходил в такие же стены, украшенные пилястрами.
А в нишах между пилястрами, словно безмолвные тени, застыли теркхаи, ожидая приказа своего господина.
— Что это?! — прорычал Онезис, выплевывая слова, будто осколки льда. — Я вас спрашиваю, что это такое?!
Его гнев показался Инге смешным. Ей вдруг захотелось улыбнуться, причем самой что ни на есть глупой улыбкой. Что она тут же и сделала.
— Простите, Ваше Высочество, смотрящая шанааса предупредила, что эта ниильда измождена и не может доставить вам удовольствия… — раздался со стороны пилястр подобострастный голос одного из теркхаев.
— Значит, займитесь ею! Или мне нужно вас учить?!
Встряхнув бесполезную землянку еще раз, принц отшвырнул ее прочь. Но чьи-то руки не дали упасть. Горячие, жадные, дрожащие от возбуждения, они подхватили ее, заскользили по телу, едва прикрытому тонкой одеждой, ощупывая и изучая каждую впадинку, каждую выпуклость.
Жалобно затрещала ткань.
Сердце девушки слабо ёкнуло, когда до ее затуманенного сознания наконец-то дошло, что может случиться. Но обдумать эту мысль она не успела. Принц снова нагнулся над ней.