Так что Джейн пришлось признаться, что она видела, как малыш… гм… появлялся на свет. При этом лицо ее приобрело весьма интересный оттенок красного.
– Знаешь, Поппи, я не думаю, что в замке оставалась хоть одна пара сухих глаз. – Алекс нахмурился. – И не думаю, что сейчас здесь есть хоть одна трезвая голова.
Потому что потом, когда слезы закончились, началось празднование.
Алекс снова посмотрел на свои часы. Он-то предположил, что хотя бы один слуга не станет напиваться до тех пор, пока не проводит Джейн до кабинета, но, вероятно, ошибся.
– Как ты думаешь, мне стоит пойти ее поискать?
Казалось, Поппи именно так и думала. Она спрыгнула на пол и, задрав хвост, пошла впереди графа через анфиладу комнат, а затем – вверх, по главной лестнице. Похоже, кошка точно знала, куда идет.
– Ты что, наполовину собака? – пробормотал Алекс.
Поппи остановилась, оглянулась на него и с откровенным презрением фыркнула.
– Это был комплимент. Мне кажется, у тебя поразительные навыки следопыта.
«Выходит, я уже разговариваю с кошкой…» – подумал граф, остановившись на очередной ступеньке.
А может, она решила избегать его? Да-да, конечно же! Вероятно, эта женщина сумела привлечь внимание кого-нибудь из слуг и уговорила принести ей ужин в комнату, чтобы не выходить оттуда. А он-то ждал ее в кабинете…
«Мур-мяу!»
Поппи требовала внимания.
– Ладно, веди, я иду, – проворчал он.
Поппи несколько раз дернула хвостом и коротко зашипела – то было явное предупреждение. Мол, любая последующая задержка будет караться по всей строгости.
Самая старая часть замка была построена задолго до того, как Вильгельм Завоеватель ступил на английскую землю. И в течение веков замок достраивался – то есть до проклятия Изабеллы Дорринг, когда герцог Харт перестал сюда приезжать. Новые части добавлялись довольно хаотично, и теперь замок напоминал каменный лабиринт под крышей. Маркусу, Нейту и Алексу потребовалось несколько дней, чтобы начать в нем ориентироваться.