«Племянника лорда Эванса», – промелькнуло у Джейн, и сердце ее гулко заколотилось.
– Но почему тебя туда приглашают? – спросила она.
Ведь если бы Рэндольф вел какие-то дела с виконтом, то ей было бы об этом известно (она вела за брата всю переписку, поскольку его собственный почерк был неудобочитаем).
– Не меня, а нас, – ответил он. – Мы оба приглашены.
Черт побери! Теперь ее сердце не просто колотилось, а бешено подпрыгивало и, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Опершись на стол, Джейн судорожно сглотнула и, стараясь говорить совершенно бесстрастно, произнесла:
– Что ж, очень хорошо.
Тут Рэндольф внимательно посмотрел на нее и спросил:
– Между тобой и лордом Эвансом что-то есть, Джейн? Имей в виду, он наверняка будет на этом приеме.
Джейн молча помотала головой – своему голосу она не доверяла. Но ведь между ними действительно ничего не было, не так ли? К тому же она слышала, как он на ярмарке сказал, что собирается в Лондон на поиски жены. И он был совершенно прав.
– Ведь в августе он приезжал в Лавсбридж, – почему-то добавил Рэндольф.
– Да, на ярмарку, – отозвалась Джейн.
Брат весело засмеялся.
– Дорогая, ты же не думаешь, что граф Эванс специально поедет в Лавсбридж, чтобы посетить нашу захудалую ярмарку? Этот человек большую часть времени проводит в Лондоне. Уверяю тебя, там можно найти куда больше интересных развлечений.
Да, верно. Она действительно не знала, зачем граф приезжал, но уж точно не ради того, чтобы повидаться с ней. Иначе бы он об этом ей сказал, правда? Или что-нибудь… сделал.
Но ведь он и впрямь кое-что сделал, когда они остались наедине в Доме старых дев. Он даже обнял ее, когда она споткнулась и рухнула на него. И еще был тот необычный миг, когда она смахнула пушинку с его волос.
Хотя, если уж честно, она его ничуть не поощряла.
Ох какая досада! Следовало признать, что она слишком плохо разбиралась в таких вещах.
Неужели она хотела привлечь внимание лорда Эванса? Нет, конечно же, нет. Ведь она обитательница Дома старых дев. Однако же…
Чистая правда, что рядом с ним она чувствовала себя… более живой. И ей нравилось обмениваться с ним шутками.