Ее глаза были расширены от ужаса.
– Все в порядке, главное, что вы не пострадали. Я помогу подняться, – отозвался мажор. Кто б ему позволил.
– Я сам помогу. В сторону, – велел я мажору. Страх отполз, оставив чистую злость.
Я опустился рядом с Сергеевой на колено и еще раз внимательно оглядел.
– Где болит? – Она не отвечала – ошарашенно на меня смотрела. – Даша? Ты меня слышишь?
– Все хорошо, – ответила Сергеева голосом умирающего лебедя.
– У нее что-то с ногой! – выкрикнула ее синеволосая подружка.
И я тотчас подхватил Сергееву на руки, решив отвезти в травмпункт.
2.23
Это решение было спонтанным. Неожиданным даже для меня. А еще – глупым.
Во-первых, я окончательно понял, что меня до сих пор тянет к Сергеевой физически. И это просто жесть – прошло три года, а я все еще схожу с ума, касаясь ее. Я все еще хочу быть с ней.
Я скучал, черт возьми!
Во-вторых, Сергеева на меня наехала. Она не на шутку завелась – как будто бы это я был виноват! И велела ее отпустить.
– Девушка просит отпустить ее, – вмешался мажор. – Отпусти. Иначе придется вмешаться.
Я отпустил Дашку и с яростью глянул на него.
– Я сам отвезу девушку в травмпункт. Можешь быть свободен, – заявил он. И мне тотчас захотелось начистить его сияющую морду.
Я подошел к нему и положил руку на плечо.
– Ты водить не умеешь, приятель? Мне тебя научить? – спросил Даня, склоняя голову на бок.
Тот гаденько усмехнулся.
– Спасибо. Но с этим у меня проблем нет. Приятель, – явно пародировал он меня.
– Ты едва девчонку не сбил. – Мне все еще было страшно за Дашку. – За рулем в глаза долбишься, что ли?
– Кажется, приятель, это твоя прерогатива. Если бы ты был чуточку умнее и наблюдательнее, понял бы, что моей вины нет. Девушка упала перед моей машиной. И я резко затормозил. Не навешивай на меня свои проекции. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я. В спортзале, кажется, такое не изучают.
"Если бы я не был так зол, начал бы ржать. Всегда обожал стереотипы – если ходишь в спортзал – значит, тупой. Если носишь очки – ботаник. Если рассекаешь на белом коне, то есть «Лексусе» – значит, принц.
Мажор был дерзким. Уверенным в себе. И смутно знакомым. Правда, где я его видел, так и не мог вспомнить.
А еще он просто нарывался, и я готов был проучить придурка. Даже руку занес – пугал. Но он перехватил ее.