Как-то в июле к башне подъехал черный «БМВ», из него не торопясь вышел человек в черных очках и черных же плавках столь необычного вида, что Стриж, сидевший на балконе спасалки под тентом, аж присвистнул от изумления. В сущности это была одна большая гора мышц. Ростом не ниже метра девяноста, просто необъятный в плечах, он поражал своей атлетически накачанной фигурой. По нему можно было изучать анатомию, настолько четко прорисовывался каждый мускул. Особенно поразила Анатолия шея. Она была необъятной, получалось, что загривок как бы подпирает голову, отчего казалось, что детина стоит слегка пригнувшись или ссутулившись.
— Эй, чучело, присмотри!
Отдав приказание, он развернулся и, не оглядываясь, неторопливо прошествовал на пляж. Каждый шаг, движение ноги или руки вызывали на теле волну перекатывающихся мышц.
— О, Шварц пожаловал, — с усмешкой, но и с уважением в голосе прокомментировал ""явление Христа народу"" вышедший на балкон Олежка. — Чего это он к нам, обычно он у старой башни тусуется?
— Ты его знаешь? Кто он такой? — спросил Стриж, продолжая разглядывать в бинокль монументальную поступь гиганта.
— Да местный Аль Капоне. Рэкет, девочки — все под его присмотром.
— Культурист?
— Ага, фанатик. Мужику за сорок, а он часами в спортзале пашет.
— Заметно. Я думал, такие только у них на Западе есть. На таблетках?
— Говорит, что нет, но ребята сомневаются.
— Шварц, он что, немец? — наивно спросил Анатолий.
Олег аж зашелся от смеха.
— Ты что, Шварц — это сокращенное от Шварценеггера. Арнольд его кумир, он собирает все про него — фильмы, книги, плакаты. А еще жутко любит черный цвет, такой уж у него бзик."
"Шварц между тем, не торопясь, двигался по пляжу. Его голова мерно поворачивалась из стороны в сторону, словно Шварц искал кого-то в густой толпе.