Один вон мне уже почки отшиб. Кстати, капитан, твоя фамилия случайно не Калинин?
— Нет, — усмехнулся омоновец, — моя фамилия Белоусов.
Беседуя подобным странным образом, они давно уже вышли из зоны света, густые кусты акации подавили последние отблески одинокого фонаря на противоположной стороне улицы, видны были только силуэты да голоса звучали в тишине. Продолжая медленно отодвигаться, Анатолий пяткой наткнулся на выступающий над поверхностью асфальта бордюрный камень. Стриж давно уже все просчитал.
И все же… Решившись, Стриж резко отпрыгнул назад и во все лопатки припустился бежать вдоль по улице. Сзади раздался звук тяжелого удара о землю, чертыхание — капитан споткнулся о бордюр и, расстянувшись во весь рост, потерял на этом уйму времени. Вскочив, он, прихрамывывая, бросился за Стрижом.
Резко развернувшись, Анатолий перепрыгнул через невысокий заборчик сквера и помчался наискось по газону, поневоле сблизившись с капитаном. Белоусов тоже заметил своих коллег, но звать на помощь не стал.
""Сам возьму, лично!"" — с холодным азартом охотника решил он. Забыв об ушибленной ноге, он несся вслед за Стрижом не отставая, но и не приближаясь к нему."
"""А капитан в неплохой форме"", — подумал Анатолий, оглянувшись назад.
""Во пристал! — чертыхнулся Стриж, на ходу прислушиваясь к гулкому топоту сапожищ преследователя. — Это ж надо — с такими габаритами и так бегать!""
Вскоре они выскочили на другую магистральную улицу, и первое, что Анатолий увидел на ней — четыре силуэта с дубинками в руках, по счастью, удаляющихся от него.
""Не везет, так не везет"", — мелькнула у него мысль. Похоже, он оказался в западне: впереди патруль, сзади капитан. Свернув влево, он неизбежно окажется на набережной с ее ярко освещенными витринами и непременной милицией. Оставался только один путь — вправо, в сторону массивного одноэтажного здания студенческой столовой.