— Погоди, сейчас я тебе кого-нибудь пришлю, — наконец решил Андрей, и Анатолий услышал, как он негромко сказал несколько фраз куда-то в глубь комнаты. Время текло томительно, каждая секунда растягивалась в какой-то невероятно длинный промежуток времени. Пелена перед глазами все не проходила, еще хуже было то, что от статичной напряженной позы стали затекать мышцы. Особенно досаждали полусогнутые колени, но даже помыслить было нельзя переменить положение. Наконец, после целой бесконечности на лестничной площадке раздались легкие быстрые шаги.
— Толь, давай я потихоньку возьму чеку, а ты держи гранату. Просто держи.
— Хорошо, только проволока натянута, — напомнил Стриж.
— Я вижу. Андрей, как я скажу, потихоньку прикрывай дверь.
Стриж почувствовал, как рука Сергея опустилась сверху на его левую руку, он даже увидел это, чуть расплывчато, так же, как он сейчас видел свою руку.
— Отпускай, — шепнул ему на ухо друг, и Анатолий расслабил пальцы левой руки.
— Давай, Андрюха…
Дверь чуть качнулась назад, но этого оказалось достаточно.
— Все! — облегченно выдохнул Сергей. — Вставил. Сейчас я загну усики, вот так.
Судя по звукам, он отмотал проволоку, открыл завибрировавшую дверь. Стриж с трудом разогнул затекшую спину, перевел дух, и словно дожидавшаяся именно этого момента, пелена перед глазами стала медленно рассеиваться. Он посмотрел на внешне спокойного Сергея, потом перевел взгляд на привалившегося к дверному косяку Андрея.
Сергей поднял руку с уютно расположившейся на ладони лимонкой.
— Что с ней делать?
— Покажем Винтеру. Посмотрим, что он скажет.
30
Но удивлять Винтера им пришлось не сразу. Вначале Ленка и Андрей устроили Стрижу перекрестный допрос по поводу зрения.
— Надо тебе обратиться к врачам, — пришли к одному мнению все участвующие в консилиуме по поводу его здоровья.