Моя дверь была, как всегда, приоткрыта. Спальня родителей находилась в смежной комнате. И молочный зуб даю, который скоро прорежется, что их дверь тоже приотворена. Что означало — «ведём себя тихо».
Я почувствовал приближение зверька. Да и связующая нить загорелась ярче.
Когда питомец попал в детскую, я направил его в обход опасной зоны, которая просматривалась на камеру.
Белка остановилась сбоку этого артефакта. Теперь осталось обезвредить его.
«ВИДИШЬ ТУ ШТУКОВИНУ СБОКУ ОТ СЕБЯ?»
Связующая нить блеснула.
«ЗАБЕРИ ЕЁ В КЛАДОВКУ И СПРЯЧЬ!», — добавил я, начиная испытывать предвкушение от грядущей мести.
Белка, недолго думая, схватила в охапку камеру, соскочила на пол, кинувшись в сторону двери.
Провод натянулся, но хватка белки была крепкой.
— Хр-р-рум! — его вырвало из настенной коробки, которая тоже пострадала. Питающие кристаллы, судя по грохоту, вывалились из неё и рассыпались по полу.
Шпионский артефакт нейтрализован!
Не успел я порадоваться как следует, как питомец вернулся.
Надо мной склонилась беличья морда. В маленьких глазках-бусинах отражался тусклый свет ночной лампы.
«Я ПОМНЮ О ВОЗНАГРАЖДЕНИИ. И НЕЧЕГО ТАК НА МЕНЯ СМОТРЕТЬ».
Белка отвернулась и фыркнула. Ты смотри, она ещё и с характером!
«НА КУХНЕ В НИЖНЕМ ЯЩИКЕ СПРАВА ПАКЕТ С ОРЕХАМИ. ЗАБИРАЙ ТРЕТЬ СОДЕРЖИМОГО» — ответил я питомцу, и того как ветром сдуло.
Я же потянулся, блаженно улыбаясь. Хотел ещё поразмыслить по поводу последствий этой диверсии, но веки уже опустились.
* * *Утром вернулась пышка Лариса. Она выглядела посвежевшей и, судя по улыбке, была рада меня видеть. А я понимал, что доступ к конфетам вновь активирован. Даже слюну пустил от предвкушения.
— Ой! А что здесь произошло⁈ — воскликнула пышка, прижимая руки к груди.
Она увидела последствия ночной вылазки моего питомца.
— Серёжа, это ты сделал? — лицо пышки было озадаченным и растерянным.
Я лишь, как мог, пожал плечами.
— Не знаешь? Тогда кто утащил видеокамеру? — удивилась Лариса.
А что вы ко мне обращаетесь, уважаемая? Лежал себе, тихо спал, ничего не трогал… И вообще, где мои конфеты?
— Твои родители, Серёжа, очень переживают за тебя, — встревоженно посмотрела на меня пышка и проверила мой подгузник. — Ух, сколько тут добра! А ну, пошли меняться.
Ещё издевается, ты смотри. «Пошли».