Лицо его замкнулось в упрямой, строгой маске, а потом он внезапно остановился и позвал, ровно, почти бесстрастно:
— Янт…
— Эйрэ… — подобострастно вскинулся кузен, с готовностью подступая к нам.
— Когда поместье Фениксов в последний раз подпитывали магией?
— Я… я не знаю, — растерялся Эндер.
— Эннари? — Кайден повернулся ко мне.
Я врать не стала. К чему? Это не секрет. Наследник в любом случае все выяснит, если пожелает — и очень быстро.
— Еще при жизни отца, — откликнулась тихо. — Больше двух лет назад.
— Почему?
Фарн снова обращался к Эндеру, но что тот мог ответить?
Старые клановые поместья, и правда, подпитывались магией. Примерно раз в год, чтобы замедлить их разрушение, приостановить его. Это не закон — всего лишь негласное правило, традиция, но она неизменно соблюдалась всеми четырьмя родами. Обряд был сложным, энергозатратным, проводил его обычно глава или наследник, если у него уже имелся зверь-помощник.
Видан так и не получил своего феникса, его этот ритуал истощил бы основательно и надолго.
— Так почему? — Фарн даже голоса не повысил, но вокруг мгновенно и как-то ощутимо похолодало.
Эндер потерянно молчал, переминаясь с ноги на ногу. Явно боясь сказать правду.
В теплом летнем воздухе начали позвякивать льдинки, а на деревьях среди листьев засеребрился иней.
— Мы, действительно, не знаем, — тоненько пискнула Кетра, высовываясь из-за спины Граэма, куда успела незаметно юркнуть. — Нам ничего не объясняли. Мы…
— Достаточно.
Короткий приказ, небрежный жест, отсылающий Эндера назад, к остальным сопровождающим, и мы снова отправились «гулять». Непробиваемо спокойный Дракон — по крайней мере, внешне, и я — напряженная до предела, каждую секунду ожидающая очередного подвоха.
Как выяснилось, не зря.
Минута тишины…
Другая…
А затем…
— Эннари, — произнес Кайден все так же бесстрастно. — Там, в целительской лавке, это ведь тоже были вы?
— Да, — склонила я голову. К чему отрицать очевидное, если он все равно меня узнал? — Еще раз прошу прощения за случившееся. Это произошло совершенно случайно…
Мужчина досадливо качнул головой, прерывая мои оправдания.