План созрел быстро, а местный вариант денег он раздобыл ещё скорее. Под пологом невидимости он мог бы обобрать кого угодно, это проблемы не составило, тем более что неподалеку от говорливых старушек он заметил здание, в которое потоком входили люди. Граф двинулся следом и был вознаграждён, обнаружив за стеклянными окошками женщин, меняющих на бумажки и железные кругляши прямоугольные картонки. Немного магии, и его карман наполнился бумажками и железками, можно было возвращаться к бабушкам, но сначала он ловко отступил за торговую палатку и преобразился.
— Куда прёшь, раззява? — не останавливаясь, обругал его мужчина.
Подавив инстинктивное желание догнать мерзавца, посмевшего повысить голос на высокородного тера, Кевин настроил артефакт и принял внешность местного жителя.
Договорился с бабушками он легко. Обе подружки, ошалев от счастья, что какой-то ненормальный готов купить у них весь товар оптом, да ещё и за сумму, в три раза большую, чем они рассчитывали, не только оставили странному мужику одну из тележек, но и собственноручно уложили в неё баночки, подробно объяснив, что в каждой находится.
«Огурчики, помидорчики, лечо», — бормотал себе под нос Кевин, пока в образе бабушки перетаскивал увесистую сумку на колесиках к другому выходу длинного подземного хода.
Первый день прошёл впустую — ни одной подходящей девицы на глаза не попалось, зато попался сам граф, причем два раза.
Первыми к нему подошли две особи мужского пола в невнятного цвета и качества штанах и подобии рубашек, только без рукавов, воротника и пуговиц.
— Бабка, гони штуку, — без предисловий заявил один.
Кевин заученно оттарабанил:
— Домашние закрутки, свежие, вкусные, как у мамы, только лучше! Огурчики, помидо…
— Ты глухая? Гони штуку, говорю! Это наше место, стоишь, должна платить! — надвинулся ближе второй.
«А, мыт!» — сообразил Кевин и полез в карман.
— Штука, это сколько? — решил он уточнить, не желая снова переплатить, как при покупке прикрытия.
— Совсем дура или прикидываешься? Тысячу рублей давай.
— Да откуда же у меня? Да как же я? — запричитал Кевин, пытаясь нашарить в кармане бумажку требуемого номинала.