Меня ведет просто от того, что прикосновения могут быть такими. Сильными и нежными. Я выгибаюсь, поощряю его продолжить, мне это нравится. Но как только ладонь опускается ниже, к краю моих шорт все меняется.
Я замираю, словно восковая фигурка, изваяние не способное ни дышать ни шевелится. Это плохо. Так быть не должно. Он мне нравится, возможно больше чем просто нравится, но…
- Захар, - шепчу ему в губы, слышу как эти звуки растворяются в поцелуе и исчезают на его губах. - Захар, пожалуйста, - повторяю. Также тихо, почти обреченно понимая, что он сейчас вряд ли услышит.
Но Горин замирает, приоткрывает глаза, а в них черная ночь с угольками тлеющей страсти. Он смотрит внимательно и нежно. Так, что внутри все переворачивается. Может быть именно в таком состоянии из мужчин можно вить веревки, просить кого-то убить или объявить войну. Но мне не нужно так много.
- Я боюсь, - говорю честно. - Я не готова, прости.
Он молчит и продолжает смотреть. Не злиться и не пытается продолжить. Медленно гладить ладонью мне по голове.
- Ты не должна за это извинятся, Лиля.
- Мне страшно.
- Мне тоже.
Это признание далось ему нелегко и сбивало с толку. Не знаю почему, но мне казалось, что Горин не из тех мужчин кто легко ведет подобные разговоры с женщинами и готов открыться перед ними.
- И что же нам делать?
Захар снова развернул меня к себе лицом и убрал прядь, упавшую на щеку.
- Может быть сходим на настоящее свидание?
Глава 31
Слава небесам, Горин додумался не покупать мне цветов.
- Может лучше я приготовлю что-то дома?
- Мы же планировали свидание, - Захар вглядывается мне в лицо, пытаясь поймать перемену настроения. Я смущенно опускаю лицо в пол, когда на меня так смотрят - пронзительно и жадно. Собственнически очерчивают взглядом линию губ, опускаются ниже к ложбинке на груди, так, что я ощущаю на коже жар.
Все что происходит у нас с Захаром похоже на совместный просмотр эротики с самым крутым мальчиком из класса. Горло сводит от восторга и ужаса, щеки постоянно наливаются красным от стыда, низ живота болезненно тянет от возбуждения и хочется плакать от понимания, что на этом все - после фильма только у актеров “долго и счастливо”. А зрители расходятся по домам.
- Слушай, давай просто к реке пойдем, устроим пикник.