— Если будет так громко орать, так и сделаю.
— О чем вы там шепчитесь⁈ Выпустите меня немедленно!
— И что ты будешь делать, когда выйдешь из клетки?
Я затащил первого стонущего эльфа на залитый кровью белый камень.
— То, что мне и полагается по праву рождения. Властвовать!
— Над кем?
— Над всеми!
— Тут только мы.
— Значит, над вами!
— А если мы не хотим?
— Как это? — в голосе принцессы послышалась растерянность.
Тем временем я взял в левую руку камень — основу для будущего амулета, а в правую — ещё один изогнутый кинжал, найденный у одного из эльфов.
— Все мои подданные любят меня! И…
Дальше я не слушал. Лезвие вошло в тело эльфа, и я сконцентрировался на том, чтобы как можно плотнее утрамбовать текущий через меня поток в амулет. И, надо заметить, в этот раз получилось гораздо лучше. Теперь это был уже не бесформенный комок, а почти нормальный плотный клубок.
— … а когда мы отсюда выберемся, вы получите небывалые сокровища…
Вот! Видно, колесики в голове исинды завращались в нужную сторону.
Следующие пятнадцать минут я создавал амулеты. Четыре больших из эльфов и три средних из пойманных Кирпичиком зверушек. Тем временем Варагала, наследница Варавула, продолжала требовать её освободить, постоянно меняя посыл от угроз до подкупа. Сейчас шло последнее.
— Дом в центре столицы. Денег сколько захочешь! Любые женщины! Может быть, даже я…
— Видишь вулкан? — я закончил дела и наконец мог заняться новой знакомой.
— Да! Он недавно извергался!
— Ага. И совсем скоро он зальёт лавой весь остров, и мы погибнем. Чтобы этому помешать, нужно убить гада, который живёт вон там! — я махнул рукой. — Ты знаешь, как это сделать?
— Да!
Наконец-то.
— Как?
— Ты точно всех тут перебил? — испуганно завертела головами исинда. — Потому что если они узнают, что я выдала их секрет…
— Точно.
— Хорошо! Тогда слушай! — ящерица приблизилась к прутьям решётки (к слову, она могла просто перегрызть их зубами) и быстро зашептала: — Мой корабль выбросило на берег. Нас спаслось всего шестеро. И эти страшные твари захватили нас…
— Короче, Склифосовский, — донёсся до меня шёпот Визы.
— … И каждый день на закате они… — двухголовая ящерица сделала драматическую паузу, — приносили моих спутников в жертву. По одному.