Что ж, надо признать, что в итоге вышло все гораздо лучше, чем она себе представляла.
– Можно присесть? – она подняла голову и увидела мужчину, который казался гораздо старше всех присутствующих на вечеринке юнцов. На вид ему было лет тридцать, может, даже больше. У него были кудрявые, зачесанные назад густые волосы с ранней сединой, крупный покатый лоб, красивые глаза, синие-синие. Никогда до этого Аглая Колокольцева не видела таких синих глаз.
Она молча подвинулась, освобождая место рядом с собой. Посмотрела вопросительно в ожидании, что мужчина представится.
– Владимир Каплевский, – ответил он на ее невысказанный вопрос. – Старший брат вон того высокого олуха, который пригласил друзей на эту вечеринку в квартиру наших родителей. Они на даче и разрешили ему устроить здесь этот содом и гоморру, но при условии, что я пригляжу за молодняком.
– Так вы выполняете роль дуэньи? Или надзирателя? – усмехнулась Глаша.
– Нет, просто готовлюсь вмешаться, если вдруг их потянет на глупости. Хотя, надо признать, пока что на глупости тянет только меня.
– На какие именно? – чуть надменно спросила Глаша. Сердце у нее сладко замирало в ожидании ответа.
– Например, похитить вас с этого дивана и покатать на пароходике по Москве-реке. Если вы согласитесь, то я обещаю взять с собой шампанское и еще поиграть вам на скрипке."
"– А вы уверены, что хорошо это делаете? – усмехнулась Глаша. – Дело в том, что мой брат, с которым я сюда пришла, скрипач, и его отец, мой дядя, – тоже, так что вам не повезло, я довольно неплохо в этом разбираюсь.
– Кто ваш брат? – ее собеседник обвел глазами комнату и веселящуюся вокруг молодежь. – Если Борька Лондон, то он не скрипач, а ремесленник. А его отец, конечно, крепкий профессионал, но не более, а я войду в историю, и если вы действительно разбираетесь в музыке, то у вас есть шанс проверить, что я говорю правду.
– Кажется, вы сказали, что вас зовут Владимир Каплевский, а не Давид Ойстрах, – сощурилась Глаша.
– Меня зовут Владимир Каплевский, и я – один из любимейших учеников Давида Федоровича, – сообщил ее собеседник безмятежно. – Ну что, будете проверять? Если да, то я пошел добывать непочатую бутылку шампанского.
Спустя два месяца Аглая Колокольцева вышла замуж. Лондоны, немного встревоженные поспешностью ее брака, тем не менее, выбором своей молодой родственницы гордились.