Они же… Они… Помнишь, я тебе говорила про кошмары, когда просыпаюсь и ничего не помню? Скорее всего, мне снится именно этот эпизод.
– Возможно.
Кира снова посмотрела на Демида. Тот по-прежнему стоял, расставив ноги на ширине плеч, во взгляде ни намека на жалость или сострадание.
Значит, история не закончилась…
– Демид, что ещё?
– Я две минуты назад сказал, что ты очень невнимательна, Кира. Сегодня мне постоянно приходится повторяться.
– Что не так со мной?"
"– Вот этого ты не заметила.
Он кивнул влево.
Кира, чувствуя всеми клетками кожи подвох, повернула голову в указанное направление и шумно выпустила воздух из груди.
– Ты шутишь.
– Нет.
– Я на это не подпишусь…
– Подпишусь я.
Она не узнавала его.
И внезапно страх обрушался на неё ледяной волной.
– Демид, нет…
– Кира, да.
– Нет, прошу…
– Кто-то из нас двоих должен упасть в обрыв.
Слезы появились на глазах девушки, она зажала рот рукой, чтобы истерически не закричать.
Тем временем, Демид подошёл к ящику, который приготовил заранее, открыл его и достал два пистолета.
– Я не буду стрелять.
– Будешь, Кира. И да, ты тоже умеешь. Я в курсе, что ты занималась в школе, в тире. Была, кстати, лучшей.
– Ты больной ублюдок, Сакронский.
– Я хочу лишь избавиться от наваждения. Хочу спать нормально. И нормально дальше жить.
– И поэтому я должна умереть? Да? Ты вот так запросто приговорил меня?
Он взвел курок сначала на одном пистолете, потом на втором.
– Я не приговорил тебя, Кира. Я даю тебе шанс.
– Какой, мать твою?! – Кира уже кричала, плохо понимая, что задумал Демид, и неверящими глазами глядя на происходящее.
– Я дам тебе два преимущества, Аристократочка. Первое – я встану к обрыву спиной. Второе – ты стреляешь первой. Даже, если пуля заденет меня касательно, я упаду. Сорвусь.
– Я не буду стрелять, – она отказывалась брать в руки протянутое оружие.
– Кира, – от его ледяного голоса заморозилась её душа. – Тогда выстрелю я. И не в воздух. Поверь.
Она ему верила.
Вот в эту секунду.
Взяла пистолет, как ни странно, недрогнувшей рукой.
– Вставай.
Давно она не держала в руках оружие. Вечность назад. Занимаясь в тире, она и предположить не могла, что когда-то в жизни применит навыки. В то время стрельба привлекала её, родители были не против увлечения дочери.
Оказывается, и тут имелись корни из прошлого.
Мир сдвинулся.
Кира молча наблюдала, как Демид идет к обрыву утеса. Ей хотелось крикнуть «нет», остановить безумие. Но она молчала.
Сакронский всё решил за них.
– Я готов, кроха.