"
"Она обняла Демида, положил голову ему на грудь. Мужское тело напряглось. Кира слышала, как Демид ставит стакан на полку в буфет. Уже лучше. Одной рукой муж обнял её за талию, вторую запустил в волосы, одновременно целуя её в затылок.
– Что-то надо делать с твоей мигренью.
– Да. Ужасно стучит в висках.
Ей было важно, чтобы он поверил, чтобы не думал, что болезнью она пытается отказать ему в супружеских правах. Нет. Ей нравилось с Демидом заниматься любовью, она испытывала наслаждение от его ласк.
– Я завтра приглашу несколько докторов.
– Спасибо, – она ещё сильнее прижалась к нему, а потом негромко сказала: – Демид, а давай куда-нибудь с тобой уедем.
– Например, куда?
– Не знаю. Может быть, к морю.
– К морю… Хм…Знаешь, а у меня для тебя есть сюрприз.
– Какой?
Кира задрала голову кверху, чтобы заглянуть в лицо мужа. Его глаза смягчились, ушло выражение гнева. Сейчас он снова был её Демидом. Тем мужчиной, который не просто покорил её – взял штурмом. Закружил в вихре острых ощущений, порой близко проходящих на грани дозволенного.
– Я отвезу тебя к морю, моя маленькая, но не к теплому южному, – полные губы мужа расплылись в загадочной улыбке. – Я купил поместье в Шотландии.
– Правда?
Её охватила радость.
На то была причина. Как-то Кира рассказывала Демиду, что её восхищает дикая суровая красота Шотландии.
– Я хотел бы, чтобы это поместье стало нашим родовым.
– Я не против… не против…
Она привстала на носочки, чтобы дотянуться до губ любимого мужчины.
В висках продолжала пульсировать боль…
– Кира, что скажешь? Как самочувствие? Нормальное?
Кира, услышав голос Эльдара, повернула голову в его сторону.
– Да. Сегодня всё хорошо, – она села и уже обратилась к Сакронскому. – Что скажешь, Демид?
– Только то, что поместье в Шотландии всё-таки стало родовым поместьем.
* * *Сеанс Демида перенесли. Ему пришёл срочный звонок из Нью-Йорка. Звонил адвокат. Демид беседовал с ним не менее получаса, а в голове снова и снова прокручивал события сегодняшнего утра.
Он получил свою Аристократочку.
И что дальше?
Ему уже даже было относительно всё равно, что там стряслось в позапрошлом веке. Ему, мать вашу, даже теперь было по душе видеть Киру во снах! Потому что и утром она находилась рядом.