Мы… – он совсем понизил голос, – разрабатываем план, хотим, чтобы нас услышали, хотим заставить людей идти за нами.
Лисса засмеялась с ощущением неловкости.
– Похоже на принуждение.
– Ну, так что?
Я не могла видеть ее лицо, но чувствовала, что она изо всех сил старается сохранить на нем бесстрастное выражение.
– Ты в своем уме? Принуждение запрещено. Это неправильно – применять его.
– Далеко не для всех. И по-видимому, к тебе это не относится, поскольку ты в нем очень хороша.
Она замерла.
– Почему ты так решил?
– Потому что кое-кто – на самом деле двое людей – намекали на это.
Двое людей? Я попыталась вспомнить наши разговоры с Кристианом в помещении для «кормления». Мы никогда не упоминали имя Лиссы, хотя оба хвастались тем, что видели кое-кого, использующего принуждение. Но похоже, Джесси и Ральф заметили и еще кое-что относительно Лиссы.
– Кроме того, – продолжал Джесси, – люди любят тебя. Ты сумела выпутаться из множества неприятностей, и я в конце концов понял, каким образом. Ты все время воздействуешь на людей.
В тот день я тоже была в классе. И да, Лисса воздействовала на учителя, чтобы обеспечить себе помощь Кристиана. Она так хотела этого добиться, что использовала принуждение, не осознавая этого. По сравнению с тем, что она могла делать в этой сфере, то было совсем слабенькое принуждение. Никто ничего не заметил.
– Послушай, – сказала Лисса натянуто, – я понятия не имею, о чем ты. И мне пора спать.
Лицо Джесси отразило нарастающее волнение.
– Нет, все в порядке. Мы считаем, что это круто. И хотим помочь тебе – или фактически хотим, чтобы ты помогла нам. Сам удивляюсь, как это я ничего не замечал прежде. Ты действительно сильна, и нам нужно, чтобы ты поучила нас. Плюс ни в одном другом отделении «Маны» нет Драгомира. Мы станем первым, в котором представлены все королевские семьи.
Она вздохнула.
– Если бы я могла использовать принуждение, то сейчас уже заставила бы вас убраться. Говорю тебе, меня это не интересует.
– Но ты нужна нам! – воскликнул Ральф.
Джесси бросил на него острый взгляд и снова улыбнулся Лиссе. У меня возникло странное ощущение, что он, возможно, пытается воздействовать на нее принуждением. Но если даже так, никакого эффекта на нее это не произвело – как и на меня, поскольку я видела все ее глазами.