Впрочем, вскоре она и без меня узнает новости, а я встречаться с ней не хотела. Я ни с кем не хотела встречаться. Поэтому, вместо того чтобы пойти в свой корпус, я отправилась в церковь. Нужно было чем-то занять себя, пока не настанет время проверить пещеру. Молиться – это занятие не хуже любого другого.
В середине дня в церкви обычно бывало пусто, но не на этот раз. И удивляться этому не следовало. Учитывая все эти смерти, всю трагедию последних суток, естественно, люди искали утешения. Одни сидели в одиночестве, другие небольшими группами.
Я нашла пустую скамью в самом дальнем углу и села. Подтянула к себе колени, обхватила руками и положила на них голову. Со стен за нами наблюдали иконы святых и ангелов.
Дмитрий не может быть мертв. Это просто совершенно, совершенно немыслимо. Конечно, если бы он умер, я почувствовала бы это.
Четки Лиссы обвивали мое запястье, и я проводила пальцем по кресту и бусинам. Я отчаянно пыталась молиться, но не знала как. Если Бог существует, Он достаточно могуществен, чтобы понять, чего я желаю, пусть даже мне не удается облечь свои мысли в слова."
"Медленно текло время. Люди приходили и уходили. Я устала сидеть и в конце концов растянулась на скамье.
«У Бога столько помощников, – думала я, – но какой от них толк на самом деле?»
Я даже не отдавала себе отчета в том, что уснула, пока Лисса не разбудила меня. Она сама походила на ангела, с этими обрамляющими лицо светлыми волосами. Взгляд был мягкий, исполненный сочувствия – прямо как у святых.
– Роза, мы просто обыскались тебя. Ты что, все время была здесь?
Я села, чувствуя разбитость в теле, с затуманенными глазами.
– Почти все, – ответила я.
Она покачала головой.
– Уже прошло много времени. Тебе нужно поесть.
– Я не голодна.
«Много времени». Я стиснула ее руку.
– Который час? Солнце взошло?
– Нет. До рассвета… ну, еще пять часов.
Пять часов. Как выдержать столько?
Лисса дотронулась до моего лица.