– Что вы имеете в виду? – воскликнула я. – На этот раз я не замерла, ничего такого! Я была готова поддержать Эдди, использовать любую возможность вмешаться."
"– Да, – согласился он. – Но в том-то и проблема. Ты так страстно жаждала нанести удар, что
и думать забыла о двух мороях у тебя за спиной. Их могли бы запросто прикончить, если бы это зависело только от тебя. Ты повернулась к ним спиной.
Я шагнула к нему, сверля сердитым взглядом и не заботясь о том, не выхожу ли я за нормы поведения.
– Это несправедливо! Если бы мы находились в реальном мире и стригой действительно напал, вы не говорили бы, что второй страж не должен вмешиваться и делать все, что в его силах, чтобы как можно быстрее прикончить стригоя.
– Тут ты, скорее всего, права, – ответил Стэн, – но действовала не самым эффективным образом и не думала о мороях, оставшихся без защиты. Ты думала только о том, как бы быстрее и эффектнее искупить свою прошлую ошибку.
– Ч-ч-что? А вы не слишком торопитесь с выводами? Характеризуете мои действия, основываясь на собственном представлении о моих мотивах.
Я зачастую и сама этого не знаю.
– Инстинкт, – загадочно ответил он, достал блокнот и сделал в нем какие-то пометки.
Как мне хотелось разглядеть, что он там накорябал обо мне! Закончив, он захлопнул блокнот, сунул его в карман куртки и кивнул всем нам.
– Увидимся позже.
Мы провожали его взглядами, пока он шагал по заснеженному двору к гимнастическому залу,
в котором тренировались дампиры.
– Это несправедливо. Как он может судить меня, понятия не имея, о чем я думала?
Эдди пожал плечами и зашагал к спальному корпусу.
– Он может думать все, что угодно. Он наш инструктор.
– Да, но он наверняка поставит мне еще одну плохую отметку! Полевые испытания бессмысленны, если они не учат реально действовать против стригоев! Просто в голове не укладывается. Я компетентна… действительно компетентна. Как, скажите на милость, мне можно приписать еще один провал?
Никто не знал ответа на этот вопрос, но Лисса попыталась найти золотую середину.
– Ну… справедлив он или несправедлив, в одном он абсолютно прав – ты был великолепен, Эдди.