Повелевающая огнем

"

"Кивнув другу, Никита одним движением легко перемахнул через подоконник. Пересек двор, перескочил через забор и побежал в лес – благо Зинаида Александровна жила на краю деревни и до леса было рукой подать.

В лесу Никита, уже не сдерживаясь и не таясь, выпустил острые когти. А потом побежал, одновременно запуская процесс превращения. Его позвоночник выгнулся, грудная клетка с хрустом раздалась в стороны. Мышцы наливались силой и раздувались прямо на глазах. Никита мчался по лесу, наслаждаясь свободой, делая большие скачки.

Он бежал туда, где, по словам местных жителей, все еще стояли руины графского дома.

Развалины оказались дальше, чем он предполагал, в самой чаще леса. Непроходимые дебри, болота, огромные коряги преграждали путь к небольшой поляне, где находилось то, что осталось от дома графинь Ягужинских. Высокие каменные стены, местами обвалившиеся, почернели от времени и почти сливались с ночным небом. Крыши не было вовсе. Вместо нее над развалинами раскинул мощные ветви древний дуб, росший, казалось, из самого центра руин.

Все строение покрылось мхом и кустарниками, каменные плиты ушли глубоко в землю. Их очертания с трудом угадывались в густой траве. Кое-где из почвы торчали острые чугунные шипы. Видимо, это было все, что еще осталось от погрузившейся в землю изгороди. Некогда богатая усадьба ныне представляла собой жалкое и устрашающее зрелище.

И никаких признаков жизни вокруг.

Никита протиснулся сквозь отверстие в обветшалой стене, бывшее когда-то окном, пробрался в самый центр развалин и вскарабкался на дуб, на самую его вершину.

Здесь он прислонился голой спиной к грубому шершавому стволу и задумался. И дед Семен, и Санька упоминали об огнях, горящих тут по ночам. Но после огня должны были остаться хоть какие-то следы золы, а он не видел нигде ничего похожего. Да и запаха гари не ощущалось.

Тишину леса вдруг нарушил громкий шорох. Никита встрепенулся. У него был отличный слух, во время своих превращений он видел, слышал и чувствовал все куда лучше обычного человека.

И сейчас он явственно слышал звук приближающихся шагов. Кто-то направлялся к руинам со стороны болот, шурша высокой травой и мягко ступая по рыхлой земле.

В следующее мгновение над развалинами разнесся громкий звериный вой. У Никиты кровь застыла в жилах, а волосы встали дыбом – настолько жутко это прозвучало. Одна из толстых каменных плит, лежащих на земле, со скрежетом отъехала в сторону. Из открывшегося прохода заструился желтый мерцающий свет и озарил развалины.