Мне в следующий раз баночки тебе приносить?
В голове стучат крошечные молоточки. Ладони становятся влажными.
– Да? – недоверчиво изумляется Виктор. – А вот это что?
И он предъявляет мне следующее фото, на нем четко видно вывеску женской консультации, по ступеням которой я спускаюсь с огромными, как плошки, глазами.
– Ничего. Или и гинекологом будешь тоже ты подрабатывать?
Не позволить губам задрожать, не захлюпать носом.
Я смогу."
"– Варя, у тебя прямо сейчас есть шанс рассказать мне правду.
В прямом смысле слова ошалев, я вскидываю на Воронцова взгляд, который до этого трусливо отводила.
– Что?
– Я жду, Варя, – давит Виктор.
– Ч-чего? Ч-что я д-денег буду просить? – я почти заикаюсь. – М-мы еще рыбу не съели…
– Какую рыбу? – не понимает Воронцов.
– Уходи, – требую я несчастным тоном, но Виктор лишь становится похож на хищника, взявшего след.
– Вар-р-ря, – раскатистый голос меня нервирует. – Я жду объяснений. И чая. Или кофе.
Лично меня бы устроила и сковородка ему на голову, но, увы, я слишком законопослушна и хорошо воспитана.
– Я ничего не обязана тебе объяснять, – поджимаю губы.
Виктор все узнает, когда я сама буду к этому готова. И если вообще буду.
– Солнышко, – нарочито ласково обращается ко мне Воронцов, поднимаясь и заставляя меня нервничать еще больше и кусать губы, – ты же понимаешь, как бесполезно твое упорство? Ты беременна? Да или нет.
И почти зажал меня у подоконника.
Я не знаю, не знаю, что мне делать. Зачем он давит?
– Это не твой ребенок! – зажмурившись, выпаливаю я. – Отстань от нас! О меня!
Тишина в ответ.
Я приоткрываю один глаз и встречаюсь с насмешливым взглядом Виктора.
– Ну да. Ты просто огонь, детка! Девственности лишилась и тут же побежала детей делать. Так я тебе и поверил. Ты уж определись с линией поведения, то ли ты порядочная, то ли оторва.
Как он меня выбешивает этой фразой, даже описать невозможно.
Видит бог, я не хотела этого делать, но спишем все на гормоны. Я размахиваюсь и начинаю лупить ледянкой Воронцова по макушке.