— О, так значит ты следишь за моей жизнью, — шторка резко открывается и я замираю при виде Артема.
На нем лишь джинсы, что низко сидят на бедрах. Черная дорожка волос уходит под пояс, кубики пресса еще более рельефные, чем были прежде. Он все так же в хорошей форме. А жаль. Было бы намного проще, если бы он превратился в лысеющего толстяка. Ну почему жизнь так несправедлива? Хорошо хоть я выгляжу отлично. Не так обидно становится.
Я с трудом заставляю себя отвести от него взгляд.
— Твои свадебные фото всплыли у меня в ленте, — произношу равнодушно и пожимаю плечами.
Несколько секунд Артем смотрит на меня словно не понимает о чем речь, потом вспоминает о рубашке, которую он сжимает в руках и вновь скрывается за плотной тканью шторки.
— Может, все же поужинаем? Расскажешь как жила последние три года? — доносится негромко.
— Нет. Это лишнее, — скрещиваю руки на груди и чувствую себя неуютно и неуверенно.
А потом не выдерживаю и спрашиваю:
- Артем, что это за игры? Зачем ты преследуешь меня? И не говори что случайно сегодня зашел сюда.
— Я вообще-то здесь частый покупатель. Вот только тебя раньше не видел.
— Или попадал не на мои смены.
— Не важно. Так что с обедом, Поль?
По телу проходят мурашки от того как он произносит мое имя.
— Это ни к чему. Если рубашка подошла, проходи на кассу, девочки пробьют ее.
— Погоди, — он хватает меня за руку, когда я собираюсь уйти. От этого прикосновения все внутри меня переворачивается. Я не могу отвести взгляд от пальцев, что с силой сжимают мою кисть.
— Полина, дорогая, вам нужна помощь? — доносится со стороны голос Николая. Это единственный раз, когда я и в самом деле рада его видеть.
— Нет, все хорошо, — улыбаюсь я и Артему приходится отпустить меня. — Не нужно, Артем, все прошло. У тебя своя жизнь, у меня своя. Не стоит ворошить прошлое, — говорю на прощанье и скрываюсь из его поля зрения.
Несколько минут пытаюсь прийти в себя в кладовке. Все еще чувствую его прикосновения. Меня бьет крупная дрожь.
Когда наконец-то прихожу в себя и выхожу, бывшего мужа уже нет. Его машины тоже. Уехал. Я выдыхаю. Но на душе хреново.