- Мало того что ты предала меня, так еще и скрыла моего сына! - рычит он.
- Мой ребенок не имеет никакого отношения к тебе, - я пытаюсь говорить уверенно, но еле дышу от страха и закрываю своим телом коляску, в которой сладко спит наш сын. - Оставь меня в покое!
- В машину ее! - внезапно командует Радов, глядя мне за спину.
Оборачиваюсь и вижу, что прямо на нас надвигаются двое охранников в черных костюмах. Вот теперь точно все.
- Прямо сейчас мы едем в клинику, Софи, - вкрадчиво произносит Радов, приблизив свое лицо к моему.
- Что ты такое говоришь? Какой тест?! - взвизгиваю я, пытаясь вырвать коляску из его рук. - ты не имеешь никакого на это права! Сон мой, и только мой!
- За идиота меня держишь? - пренебрежительно отзывается он, а в следующий миг двое амбалов берут меня под руки и силой ведут к машине.
Отчаянно пытаюсь вырваться, но прекрасно понимаю, что мне это не по силам.
- Возьми его.
Тоже мне, папаша. Ребенка даже на руки побоялся взять! Спешно вылезаю из машины, беру сыночка на руки и сажусь обратно, а затем Радов садится рядом со мной. Жмусь к противоположной двери, желая держаться подальше от Радова, и отворачиваюсь к окну.
- Усманов знает, что это мой сын? - спрашивает Радов, когда машина трогается с места.
- Я не его любовница! - фыркаю, пряча свой страх за злостью. - А про сына я уже сказала, что он не твой. Как тебе еще это объяснить?
- Посмотрим, что ты скажешь в клинике, - хмыкает он. - Но я и так все прекрасно вижу.
- Зачем тебе все это? Что тебе вообще от меня нужно? - возмущаюсь я, и Ваня начинает крутиться и хныкать.
- Затем, Соня, что я хочу воспитывать собственного сына, - отвечает Радов. - А вот предателям, вроде тебя, не место рядом с ним.
- Что это значит? О чем ты вообще говоришь? - шепчу онемевшими губами. - Это мой сын, и никто не может забрать его у меня!
- Я все могу, Соня. Поверь на слово.
Просто не могу поверить своим ушам.