Вокруг одинокого костра собралось около пятидесяти человек.
Заглушив двигатель моей машины, Ноа отстегнул ремень и некоторое время сидел молча, прежде чем повернуться ко мне лицом.
— Ни с кем там не разговаривай, — сказал он серьезным тоном. — Не высовывайся и не отходи от меня, ты поняла?
— Ноа, прости, что разбила твою машину и ударила тебя по яйцам, — пролепетала я, нервно сжимая сиденье и глядя на огромного, мускулистого мужчину в бейсболке, который шел к нашей машине.
Боже мой, на дворе был декабрь.
— Тиган, — мягко сказал он. — Все в порядке...
— Серьезно, — нервно пробормотала я, впиваясь ногтями в ткань сиденья. — Нам нужно уехать отсюда, Ноа. Это место... — я огляделась и резко выдохнул.
Воспоминания о том, как меня топтали, нахлынули на меня, и я поморщилась.
— Нас не должно было здесь быть, Ноа.
— Мессина.
За несколько мгновений до того, как открылась дверца моей машины, раздался звук выкрикиваемого имени Ноа, и передо мной предстало лицо темного бородатого мужчины с руками размером со стволы деревьев.
— Ты принес мне подарок, Мессина? — спросил он, опустив глаза на мои голые ноги. — Свежая, — Он улыбнулся, обнажив полный рот желтых зубов.
— Ты бы не справился с ней, Гонсалес, — ответил Ноа, его тон был ленивым, когда он расстегнул мой ремень и затащил меня к себе на колени.
Я охотно согласилась — все, что угодно, лишь бы оказаться подальше от жуткого бородатого парня с сальными черными волосами и пухлым пивным брюшком.
— Чт…Что ты делаешь...?
Руки Ноа были удивительно нежными, когда он сжал мои бедра и прикоснулся ртом к моему горлу.
— Подыграй мне, — прошептал он, достаточно низко, чтобы только я могла его слышать.
Я в ужасе кивнула и неуклюже обхватила Ноа за шею. Отстранившись, Ноа посмотрел на меня почти извиняющимся взглядом.
— На этот раз не кусайся, — предупредил он суровым тоном, прежде чем закрыть мне рот своим. Что за...
А потом он поцеловал меня.
Его губы были удивительно нежными на фоне моих, направляя меня глубже, уводя дальше...