«А вот, хрен вам всем!» — с мстительным удовольствием подумал я и, повернувшись к орку, который уже стоял, согнувшись от смеха, на коленях, удивленно подняв бровь, спросил:
— Зерт, ты идешь собираться, а то батя долго ждать не будет — осерчает и придет сюда сам!
Смех прекратился, как по мановению мага! Все удивленно смотрели на меня. Орк поднялся на ноги, взял меня за плечо, и абсолютно спокойным голосом, как будто и не ржал только что, со всхлипами втягивая воздух, сказал:
— Да, пошли быстрей, а то уже опаздываем!
Я подозрительно посмотрел на него, но его лицо было абсолютно спокойно и сосредоточено.
— Эй, Раст! — опять влезла неугомонная малявка. — А ты обещал… — затянула она свою песню.
— Иля, — спокойно сказал я малявке, хотя внутри меня все аж вскипело, как только я услышал ее голос, — раз обещал, значит сделаю. Но сначала мне нужно собраться, а уж потом я поговорю с отцом!
— Да?! — обрадовалась мелкая.
Последнее заявление вызвало улыбки на лицах воинов, а я в очередной раз поразился, какими извилистыми дорогами путешествуют мысли у женского пола!
— М-да! — только и мог сказать я, поднимаясь по лестнице на второй этаж, где и была расположена наша с Зертом комната.
— Да, уж! — отозвался орк, поднимаясь вслед за мной. Я так понимаю, что и он был шокирован происходящим.
Но это все фигня! Настоящий шок ожидал нас обоих, когда отец, после озвучивания просьбы взять Илю с собой, практически не раздумывая, прогудел:
— А что? Хороший вариант!
— Э-э-э… что? — переспросил я, а орк, ну прямо натурально, уронил нижнюю челюсть. Ну, наконец-то! Наконец, я хоть раз увижу, как это выглядит со стороны, а то челюсть приходилось ронять только мне и потом слушать рассказы со стороны, как смешно и идиотски я выглядел! Я хоть и совсем не был уверен, но все-таки предполагал, что отец может передумать и разрешить Иле идти с нами, а вот орк, судя по всему, такую возможность даже не рассматривал!
— Пусть идет! — согласился отец, — Только ты за ней будешь приглядывать! И смотри у меня! — он многозначительно так глянул.
Я даже никак не отреагировал на его предостережение, потому что был занят тем, что любовался на опешившего орка.