Джеймс, конечно, вовсе не собирался становиться плантатором, просто так получилось. Земля была настолько плодородной, что было бы глупо ею не заняться, так что по настоянию Конни ее засеяли. А Джеймс, в свою очередь, захотел, чтобы особняк окружали сады.
Так как Сара не начинала разговор, Джеймс с улыбкой произнес:
– Кстати, я слышал, ваш сын снова кидался камнями в мои окна. Я надеюсь, вы не собираетесь за него оправдываться.
– Я не могу сказать почему, – криво усмехнулась Сара, – но он вас боится.
– Демонстрирует смелость, чтобы преодолеть страх.
– Наверное. Я звала его поехать со мной, чтобы он сам убедился, что вы вовсе не чудовище, а очень хороший человек, но он не захотел.
Джеймс рассмеялся.
– Что тут смешного? – спросила она.
– Просто подумал, что мало кто назвал бы меня хорошим человеком, миссис Росс. Но я подозреваю, вы собирались поговорить о чем-то другом?
– Да, разумеется, не об этом, – она печально склонила голову.
– Муж поднял на вас руку? – прервал ее Джеймс. Его лицо невольно приняло угрожающее выражение.
– Боже, теперь я понимаю, как вы могли напугать ребенка! Нет, конечно, нет. Просто я никогда не была с ним счастлива и теперь страдаю еще больше.
– Ну, так разведитесь!
– Я бы хотела, но моя семья никогда не простит мне такого позора, а я желаю вернуться к своим родителям.
– Хм-м-м… вам нужны деньги?
– Нет, но я была бы вам благодарна, если бы вы захватили нас в Англию.
Джеймсу было неловко говорить ей правду, что он не потерпит женщин на корабле, если, конечно, они не спят в его каюте. Пришлось лгать, и Джеймс сказал, что в ближайшее время он не планирует возвращаться. На самом же деле именно завтра он собирался отплыть в Англию, чтобы посчитаться с Николасом Иденом.
– Я был увлечен ею, – признался он Конни. – Сара была прекрасна. Да, это было искушение, но что-то заставило меня принять другое решение, вместо того чтобы ее соблазнить. Да, она была нежна и грустна… Я сказал, что определю ее и ее сына на судно, которое отправляется в Англию. Сара появилась на следующий день, но мальчик сбежал. Тогда я впервые увидел на ее руке синяки.