Глаза Мотиной снова вылезли из орбит, Киса убежала.
– Я специально удалила девочку, чтобы при ней не обсуждать проблему, – заявила психолог. – Юлия Андреевна прекрасный педагог, но спецобразованию по возрастной психологии младших школьников не обучена. Какие сложности очевидны ученому-психоаналитику после ознакомления с текстом, который написал ваш ребенок? А. На огороде вырос огурец.
Это что?
– На огороде вырос огурец, – повторила я. – Предложение.
– Нет, это рано проснувшаяся сублимационно-позитивная сексуальность на фоне неблагополучия психического климата в семье.
– Ик, – вырвалось у меня.
– Огурец – фаллический символ, – вещала Роберта, – а в семь лет рано думать о соитии. Девочка в таком возрасте еще не должна ассоциировать себя с женщиной, которая предназначена мужчине. Проблема заколосилась. Через год появится цветок, потом ягодка. Вывод: Арину нужно держать в рукавицах асексуальности. Идем дальше по тексту. Б. Волк решил сделать бомбу. Агрессивно-панически-асоциальный синдром. Желание уничтожать себе подобных.
– Ик, – снова икнула я.
– В. Злодей сел в электричку. Панически-трусливое поведение конформиста, не способного нести ответственность за свои действия. Полное отсутствие героизма. Синдром предателя.
Теперь я икала безотановочно.
– Г. Заяц отнял у волка огурец, электричка не взорвалась. Подавленное либидо, так и не достигшее пика, привело к суицидальным мыслям, которые сочетаются с панической агрессией, – чеканила Роберта Ильинична. – Понимаете прогноз? И еще умственное отставание.
– М-м-м, – протянула я.
– Мальчик упал, споткнувшись о портфель Арины. Он отличник, гордость гимназии, всегда первый – и вдруг шлепнулся. Тяжелая моральная травма. Ущемление эго. Мне с ним предстоит долгая терапия по восстановлению личностного уважения.
Я наконец-то обрела дар речи.
– Киса толкнула мальчика?
– Нет.
– Сделала подножку?
– Нет.
– В чем тогда проблема?
– Вы не поняли? – затрясла головой Мотина.