Евгений Кириллович сидел в дневном стационаре. Перед ним был пустующий коридор. Пациенты, похоже, уже закончились.
Он напряжённо массировал виски, а как только обнаружил, что я стою перед ним, вскрикнул от неожиданности и произнёс:
— Булгаков! У вас походка, как у тигра! Зачем так пугать?
Ого! Впервые в жизни радуюсь, что Гаврилов обращается ко мне пренебрежительно. Неужто наложенный Владыкиным эффект, уже перестал действовать?
— Мы в полной, простите за выражение, заднице. Ломоносов нас обогнал. Аж на пятнадцать процентов.
Главное, что его сознание полностью восстановилось. А всё остальное мы решим.
— Не беспокойтесь. На понедельник план у меня уже есть. Со следующей недели ситуация сильно изменится.
Он ещё не догадывается, что я заложил основу для нашей победы уже сегодня. Но рассказывать об этом я ему не стану. Гаврилов удивится, когда придёт на работу после выходных.
Я решил не тратить время, успокаивать Евгения Кирилловича всё равно бесполезно.
Рабочая неделя подошла к концу. Но самое важное событие намечалось поздним вечером.
Сегодня мои фамильяры оба должны себя проявить. Ведь я собираюсь сделать первый шаг. Выступить против убийцы.
— Грим, — войдя в квартиру, произнёс я. — Ты сделала то, о чём я просил?
— Сделала, хозяин… — напряжённо прошептала она. — Но это было непросто.
— Он согласился?
— Да.
"— Отлично. Вы с Мотом будете следить за мной с разных точек. Если почувствуете опасность — сообщите мне о ней любым способом, — велел я. — Сегодня мы переломим ход нашей маленькой войны.
Я переоделся и направился в то самое кафе, где ещё пару недель назад, обедал вместе с Анастасией Ковалёвой. Людей там много. Значит, я буду в относительной безопасности.
На часах девять вечера, на улице уже стемнело.
И он не заставил себя долго ждать. Мне даже не удалось поймать момент, когда мужчина в тёмных одеждах появился прямо перед моим столиком. Лицо его прикрывал капюшон.
Внимание к себе он таким видом не привлекал, поскольку в «Мана-кафе» часто проходили костюмированные вечера. И сегодня был один из таких дней.