Получается, что обычный сок пил только Артём Комаров и я.
Зато Александр Громов сам накачал себя зельем правды и так до сих пор этого и не понял. Но уже через минуту он узнает, какой сюрприз я для него заготовил.
— Я бы не отказался от ещё одного круга, господа! — заключил я.
Громов удивлённо взглянул на меня. В его глазах зажглась надежда. Видимо, он был уверен, что после вопроса о младшем брате я больше играть не стану. Но теперь у него появился иллюзорный шанс задать новый вопрос. Достать из меня хоть какую-то информацию.
— Да… Да, господа! — оживился Александр. — А наш новичок оказался азартным игроком! Отличная идея, Павел. Продолжаем!
— Тогда снова наступает моя очередь, — улыбнулся я и перевёл взгляд на Громова: — Скажи, Александр, зачем тебе на самом деле понадобилась информация о моём покойном брате?
Морально он был готов к этому вопросу. Даже пытался изображать спокойствие. Но к тому, что последует дальше, он точно не был готов.
— Отцу нужна эта информация, чтобы слить её убийцам, поэтом он и приказал мне сблизиться с тобой и выяснить правду, — заявил Александр Громов.
И на несколько секунд в комнате повисла гробовая тишина.
Александра прикрыл рот рукой и ошарашенно выпучил глаза. Из рук Комарова выпала вилка и со звоном ударилась о тарелку. Один лишь Фомин, похоже, ни черта не понял, а потому нарушил молчание первым.
— Ого! Круто! — взмахнул руками Василий. — Давайте продолжать игру. Наконец-то интересные вопросы!
— Заткнись, Фомин, если не хочешь полететь с моста в Неву, как наш прошлый… — Александр стиснул зубы и чуть не откусил себе кончик языка.
— Интересная игра, Василий, полностью с тобой согласен, — я продолжал сверлить Громова взглядом.
— Идиот… — шикнул Александр своему приятелю Артёму. — Ты что наделал?
— Скажите, господин Громов, — посерьёзнел я. — Вы ведь решили обмануть нас с Фоминым. Налили нам зелья правды, а себе оставили обычный сок. Так?
— Эй! — прикрикнул на меня Комаров. — Это уже второй вопрос. Игра закончилась!
— Рот закрой, — не отводя взгляда от Александра, бросил я.
А затем заставил жевательные мышцы Комарова сжаться, из-за чего он временно потерял возможность разговаривать.
— Да, так оно и было, — подтвердил Громов и тут же вскочил из-за стола.
— Ах вы сволочи! — наконец-то осознал происходящее Фомин. — Так вы просто поиздеваться над нами хотели!
Я встал из-за стола вслед за Громовым и перегородил ему путь. Нельзя, чтобы он покинул эту комнату. Пока что ещё слишком рано.