Но… В то же время я будто бы ожидала чего-то другого.
Того, что дыра в груди начнет зарастать, стоит мне узнать правду? Того, что Горский бросится к моим ногам и начнет вымаливать прощение? Того, что он начнет рвать и метать и накажет всех виновных, включая свою любимую Окси?
Не знаю. Наверное, всего этого понемногу.
Но ничего из этого не произошло. А вот моя нервная система ловит окончательную перегрузку и выходит из строя. Я даже не плачу уже кажется, просто ошалело хватаю ртом воздух и пытаюсь понять, как мне жить дальше.
Аккуратно подкрадываюсь к кровати Малинки и подхватив ее на руки, осторожно перекладываю на свою постель. А затем, не раздеваясь, ложусь рядом. Обхватываю ее крепко-крепко и утыкаюсь подбородком ей в макушку. Она сонно что-то мычит, а я прикрываю глаза и, кажется, моментально вырубаюсь. Не помню ни снов, ни своих мыслей. Только полнейшая тишина, а затем радостный визг дочери и ее же слоновий топот:
— Мама! Мама! Он приехал! Максим приехал на мой день рождения! Только тссс….
Сонно бормочу ей, что после такого крика, он вряд ли все еще спит, а затем окончательно просыпаюсь и резко подскакиваю на кровати. Что значит уснул на нашем диване? Это слишком рано! Я надеялась, что у меня будет время подготовить Алину. Да и себя бы, если уж быть честной, тоже не мешало бы подготовить. Но Горский как всегда решил иначе…
Глава 43
Максим
Голова трещит и раскалывается, будто я трое суток беспробудно бухал. Впрочем, информация, которую на меня вчера вывалила Яра — похлеще любого алкоголя.
И боюсь, в отличие от последнего, ни одна таблетка мне не поможет.
— Ты приехал! — маленькие ручки бесцеремонно хватают меня за волосы, а коленка приземляется аккурат в живот.
Приподнимаюсь на локтях и смотрю на Алину.
Нет, не так.
Смотрю на свою дочь.
В голове скрипят и натужно двигаются всякие гайки, болтики и прочие механизмы. Нейронный связи щекочут мозг, выстраивая другую, абсолютно новую картину мира."
"А вот сердце, на удивление, даже не пытается вырваться из груди.
Пользуясь тем, что Малинка носится из одной комнаты в другую, повторяя нараспев как она счастлива, я сонно тру глаза и пытаюсь прийти в себя. И дело вовсе не в том, что проспал я всего несколько часов.